Книга Бесит в тебе, страница 76 – Ана Сакру

Поцелуи и объятия, да…Но идти до конца… Ваня сказал, что все понимает и принимает.

По-хорошему надо прямо спросить его еще раз, но я ни за что не решусь сейчас! Неловко до ужаса выспрашивать а таком! Хочется, чтобы он сам… Первый!

Вся вибрируя от сомнений и ноющего желания одновременно, встаю под струи воды и смываю с себя клей, тщательно прополаскивая волосы. Пользуюсь Ваниным шампунем и гелем для душа, пропитываясь ароматом можжевельника и ментола. Даже от этого, вдыхая, ощущаю щекочущую тяжесть внизу живота. Я пахну как он. Это приятно…

Вытеревшись полотенцем, надеваю на себя Ванину футболку, свои трусики и его спортивные шорты. И сразу понимаю, что от шорт придется отказаться, потому что они не собираются на мне держаться ни при каких обстоятельствах. Благо футболка доходит до середины бедра и вполне может сойти за короткое домашнее платье.

Покусывая губы, выхожу из ванной так. Из спальни все так же играет музыка, но гораздо тише. Кажется "City of Dreams"… У меня сердце запальчиво бьется о ребра в такт быстрому, затягивающему ритму песни. Я вижу, что из открытой двери комнаты не льется свет, только этот закручивающийся спиралью мотив.

В горле пересыхает, ступаю в темноту.

— Вань…

Его силуэт совсем рядом. Вижу только черное очертание на фоне незашторенного окна. В темноте запахи, чувства, страхи, желания — все ярче. Стук собственного сердца и звук чужого близкого дыхания оглушают. Первое касание как ожог. Мужские пальцы зарываются в копну моих влажных волос. Тело прижимается к телу.

— Лиза, я пиздец как хочу тебя, — бормочет Чижов сбивчиво и жарко мне в губы, прежде чем поцеловать.

— П…ц как хочу…Лиза… — продолжает запальчиво шептать Ваня мне в ухо, прикусывая до легкой боли мочку и вдавливая мое тело в свое.

Только сейчас понимаю, насколько он всегда сдерживался со мной и не напирал, потому что сейчас именно напирает. А у меня уже нет ни одного оборонительного сооружения, чтобы устоять. Даже желания такого нет и в помине.

Ваня как-то незаметно и стремительно все перекроил во мне под себя.

И вместо страха и отторжения я жадно слушаю его горячий шепот, обмякая от чувственных волн, перекатывающихся по телу.

Мне боязно только чуть-чуть… Я не знаю, как это будет. Говорят, может больно…

И еще я смущена до озноба от того, как откровенно он трогает меня, задирая футболку до самого пояса и сминая попу сквозь тонкую ткань трусиков. Пальцы попадают на голую кожу, впиваются в плоть. Как раскаленные угли… Мои бедра в мурашках.

Безвольно закрываю глаза, подставляя губы и позволяя себя целовать. Глубоко, пошло… Так, что не хватает дыхания… Сама сплетаясь с ним языком, пока слепо пятимся к кровати. Ваня тянет меня вверх, заставляя встать на носочки, прижимает мои к бедра к своим. Чувствую, какой он твердый и обжигающе пульсирующий там… Боже, снова крупные мурашки россыпью от этого откровенного ощущения, все волоски дыбом…

Дойдя до кровати, Ваня рывком стягивает свою футболку, небрежно бросая ее куда-то на пол, а потом так же бесцеремонно тянет вверх мою. Не успеваю ни охнуть, ни прикрыть обнажившуюся грудь, как он уже снова крепко обнимает меня и целует в губы, оборачивая своим жарким сильным телом и забирая стыдливый стон. Кожа к коже. Грудь расплющивается о его торс, соски, вдруг такие чувствительные, трутся о короткие курчавые волоски на его груди. Токи простреливают и простреливают по нервным окончаниям, выбирая сосредоточением низ живота. Там так пульсирует и ноет, что хочется хныкать.