Книга Слишком близко к тебе, страница 105 – Ана Сакру

— Ясно, – бормочу.

— Рад? – ядовито хмыкает отец, распахивая дверь кабинета.

— Чему?

— Не увидишь ее ближайшие месяцы, разве не этого ты хотел? – щурится на меня, опускаясь в глубокое кожаное кресло.

— Не так…

— Какой привередливый, – с издевкой, которую я смиренно сношу из-за собственного чувства вины и постепенно накрывающего облегчения.

Ничего непоправимого не произошло. Господи, спасибо! Правда, спасибо!

Можно хоть немного выдохнуть. Падаю в кресло напротив отца, сжимая пальцами переносицу. Мутить начинает от сегодняшних эмоциональных качелей.

— Малина все рассказала, – рубит словами отец.

Чувствую, как лицо идет тут же пылающими пятнами. Молчу, опустив взгляд.

— Сказать, что я разочарован – это ничего не сказать, – хрипло добавляет отец, – Я не… Мне кажется, я двадцать лет воспитывал совсем другого человека. Тем я гордился. Всегда. А сейчас мне было стыдно… Стыдно перед маленькой заплаканной девочкой, вышедшей из палаты интенсивной терапии ее матери. Эмиль…– он вдруг судорожно тянет воздух, закрывая глаза ладонью.

В таком красноречивом жесте, что мне хочется заживо сгореть прямо посреди кабинета. Молчу, стискивая зубы до такой степени, что эмаль начинает крошиться. Я не знаю, что можно на это сказать. Все оправдания даже в собственной голове звучат до мерзкого жалко.

— Как ты вообще додумался до этого гребаного спора? Ты что? Подросток из дерьмовой комедии? – не сдержавшись, повышает голос отец.

Молчу. Кровь в ушах долбит.

— А фото?! Это уже вообще мерзость, Эмиль! Решил отыграться? На ком?! На наивной, неопытной девчонке?

— Я не…Пап, я ее люблю…Все было по-настоящему, – сиплю глухо, – Я как понял, слился со спора. И не я выкладывал фото.

— Любишь?! – ревет отец возмущенно, даже немного приподнимаясь в кресле – так его распирает, – Ты меня окончательно решил сегодня с ума свести?!

Поднимаю на него глаза и ловлю взгляд. Молча смотрю в упор. У отца дергается щека и он медленно оседает в кресло обратно.

— Так а кто тогда фотки эти слил, если не ты? Малина там в прострации вообще, что весь универ видел… Реально весь?! – переспрашивает у меня с плохо скрытой надеждой, что Малек преувеличила.

Сглатываю ядовитую горечь, двинув кадыком. Это самое стремное, да…

— Не преподаватели, – бормочу, – По крайней мере, насколько я знаю…

— Ядрена мать, – с чувством чертыхается отец.

— Пап, это дочка Чемезова. Я забыл телефон у бассейна. Охрана по камерам отследила, что она брала. Больше некому.

— Чемезова? Геннадия Борисовича Чемезова что ли? – переспрашивает отец.

— Да.

— Какого хрена она это сделала? – багровеет папа, – У тебя что? С ней было что-то?

— В том-то и дело, что нет. Так, поцеловались один раз еще летом в клубе… Пьяные…

— И что? Из-за такой ерунды? – не верит.

Я и сам с трудом! Янка всегда казалась мне адекватной, но по записям четко видно…

— Я не знаю, я с ней еще не говорил. С универа она сегодня утром смылась, и я решил, что завтра ее уже выщемлю.

— Понятно…– чешет подбородок отец, – Ну ты сильно там не быкуй. Так… спроси, что за дичь она творит, а с Геной я потом решу сам вопрос, договорились?

Я рассеянно киваю. Честно говоря, я уже немного подостыл и мне пока не до мести. С Малинкой бы хоть чуть-чуть разгрести, а на эту дуру Чемезову я наехать всегда успею.