Книга Сын бандита. Ломая запреты, страница 32 – Лина Мак

— Там Ксюша, — шёпотом говорит Лия, и я чувствую, как она начинает дрожать.

По-настоящему, не притворяясь. Её подбрасывает на месте, и я ничего не придумываю лучше, чем подхватить её на руки и вынести из клуба.

— Красную твою заберут пацаны, — уверенно заявляю, стараясь смотреть себе под ноги. Не хватало ещё опозориться и споткнуться с девушкой на руках.

— Я с тобой никуда не поеду, Чернобор! — завопила Лия, понимая, вероятно, что я несу её к машине.

— Поздно. Ты уже едешь, потому что назад я тебя точно не отпущу, — говорю строго.

— Давид, это похищение! — взвизгивает Лия, но я уже ставлю её на асфальт возле тачки и, быстро открыв дверь, усаживаю на сидение, сразу же пристёгивая ремнём безопасности.

Лия дёргается, кричит, а я понимаю, что она только в этом дурацком платье, которое явно не по осенней погоде сейчас. Но в клуб не вернусь. Иначе убью всех, кого встречу! Скидываю информацию парням, набрав быстрое сообщение, и сажусь за руль.

— Выпусти меня! Я на тебя заявление напишу! Ты не имеешь права! — кричит Лия, а по её щекам катятся слёзы.

И почему я сейчас чувствую себя мудаком? Это же не я хочу… хотя хочу! Боже, как же я её хочу!

— Скажи мне, Астахова, как тебе жилось с твоим сводным братцем? — спрашиваю я, а Лия замирает как от удара, даже бледнеет, или это свет от приборной панели так отражается сейчас, но неважно. Она замолчала, значит, услышала. — Нравилось быть его малышкой? — последнее слово тупо рычу, потому что чувствую, как кровь закипает в венах. — Или, может, все истории о тебе, что Завальный с таким мастерством распускает по универу, правда, и ты просто играешь роль овечки, которая в итоге любит жёсткий трах и жить не может без…

Договорить я не успеваю. Голова дёргается от хлёсткой пощёчины, а следом слышится протяжный стон-всхлип Лии.

— Сволочь! — шипит она дрожащим голосом, растирая ладонь. — Да что ты знаешь о моей жизни, мажор зажравшийся? Что ты можешь знать вообще о жизни? Да ты…

Лицо горит, но я не шевелюсь. Смотрю, как сотрясаются плечи Лии, а лицо уже спрятано в маленьких ладонях. Она плачет тихо, но так, что у меня выворачивает внутренности.

Никогда не мог выносить девичьих слёз. Особенно если это были сестра или наши девочки Стальновы-Борзовы. Желание убивать сразу же поднималось в крови, сколько бы мне ни было лет. Мы с Илюхой и Макаром гоняли всех, кто хотя бы словом пытался обидеть наших малышек, а иногда бывало так, что к отцу приходили в гости. Но тут уже он рассказывал, как мальчик должен вести себя с девочками.

Протягиваю руку и дотрагиваюсь к её волосам, но Лия дёргается как от огня.

— Не трогай меня! — взвизгивает она, упираясь спиной в дверцу машины.

— Ты мне должна, Снежинка, — говорю я и слышу, как мой голос садится, а в следующий миг нажимаю на кнопку, отстёгиваю ремень и подхватываю её, перетаскивая к себе на руки.

Благо место позволяет. Лия визжит, чтобы отпустил, что я пожалею. Если бы она только знала, что я уже жалею!

Не люблю блондинок! Они слишком умные, слишком непредсказуемые, слишком… кровь сворачивают, вот что они делают!

Те, кто считают блондинок тупыми, даже не представляют, насколько ошибаются!

— Я боюсь тебя! — выкрикивает мне в лицо Лия, упираясь в грудь, но за её спиной руль, а впереди я.