Книга Проверка на прочность, страница 28 – Эль Кеннеди

— Мы выиграли? – удивилась Хейден. Вопрос показался ей глупым, но еще тупее было то, что она ничего не понимала.

Папа рассмеялся.

— Пока нет. Осталось пять минут до конца третьего периода. – Он развернулся к дочери. – Давай после игры я быстренько проведу тебе экскурсию по арене? Мы многое изменили с твоего последнего визита. Как тебе идея?

— Просто отлично, – солгала она.

Броди вышел из душа и поплелся в основное помещение раздевалки. Прижал руку к боку и поморщился от острой вспышки боли. Беглый осмотр подтвердил то, что он уже знал: Вальдек обеспечил ему колоссальный заслон в начале второго периода, а заодно и гигантский синяк, который постепенно наливался лиловым.

Вот козел.

Когда Броди добрался до скамейки, он услышал ворчание Уайатт на Джонса:

— Дерьмовый у тебя буллит. – Спокойный голос капитана звучал враждебно, а ледяные голубые глаза горели неодобрением, что обычно было ему совершенно не свойственно.

Броди стало интересно. Что же сейчас нашло на Уайатта, который предпочитал не ссориться с товарищами по команде? Хоккеисты в принципе были взвинченными ребятами, даже незначительные разногласия частенько заканчивались печально.

Дерек закатил глаза.

— На что ты жалуешься? Мы выиграли гребаную игру.

— Чуть не сыграли всухую, – огрызнулся Уайатт. – Ты подарил «Фрэнкс» гол тем удалением. Может, по итогам двух игр мы и впереди, но надо выиграть еще пару, чтобы пробиться дальше. Права на ошибку нет.

Мистер Серьезность окинул команду мрачным взглядом и удалился из раздевалки, хлопнув дверью, а Джонс посмотрел на Броди, в его глазах явственно читалось: «Какого черта?»

Однако Броди лишь пожал плечами. Он твердо решил держаться в стороне от разборок между игроками.

Одевшись, Броди запихал потную форму в шкафчик. Неожиданно его охватило страстное желание поскорее отсюда убраться.

— Пока, парни! – крикнул он через плечо.

Броди вышел в пока еще залитый ярким светом коридор и тотчас врезался в теплое и на редкость фигуристое тело.

— Прошу про… – Слова извинений стихли, едва он посмотрел на женщину, с которой умудрился столкнуться.

Ведь это была не просто женщина, а та самая, о которой он думал (и попутно боролся со стояком) весь день.

Она ошеломленно ахнула.

— Броди?

Его удивление мгновенно уступило место волне удовлетворения и удовольствия.

— Хейден.

Оглядев ее с ног до головы, Броди внезапно осознал, как она одета. На Хейден была шелковая белая блузка и юбка в цветочек до колен. Легкая ткань овевала ноги. Колоссальная перемена по сравнению с ярко-желтым топом и выцветшими джинсами, в которых она щеголяла накануне. В этом скромном наряде она смахивала на чопорную преподавательницу и куда меньше – на страстную чертовку, которая столько раз выкрикивала его имя прошлой ночью. Перемена сбивала с толку.

— Что ты… – Взор Хейден метнулся к двери за его спиной. – Ты играешь за «Уорриорз»?

— Точно. – Он изогнул бровь. – Я думал, ты не фанатка хоккея.

— Так и есть. Я… – Она замолчала.

Броди внезапно задался вопросом, что она вообще здесь делает. Сюда можно было попасть только по именному пропуску.

— Прости, что заставил ждать, милая, – пророкотал громкий мужской голос. – Ну что, продолжим экскурсию? – Пресли Хьюстон заметил Броди и расплылся в широкой улыбке. – Классно сыграл сегодня, Крофт.