Книга Ангел за маской греха, страница 131 – Алиса Бренди

Слова не укладывались в сознании, отскакивали, словно мозг отказывался их принимать. Меня охватило оглушающее удивление, смешанное с непониманием. Парень за стеклом. Он был за рулём той машины, той самой, что врезалась в нас. Но зачем ему было убивать меня? Зачем?

Рука Молотова сжала мою ладонь крепче, поддерживающе, будто пытаясь передать мне свою силу. Я обернулась и посмотрела на него. Лицо застывшее, напряжённое, с жёстко сжатыми губами. В глазах мелькнуло неподдельное удивление. Он явно не ожидал услышать это, совсем не был готов к такому повороту.

Следователь продолжил, внимательно глядя на меня:

— Элина, помните, что было после аварии?

Я попыталась вспомнить, но в памяти всплывали только обрывки, размытые и болезненные.

— Смутно, — призналась я, стараясь собрать осколки воспоминаний. — Помню только... кусок стекла, торчащий из живота. Помню, как больно было дышать. А потом палата в больнице, когда очнулась. Скорую не помню. Всё между... провал.

Мужчина кивнул, будто это подтверждало его версию.

— Егор Пономарев во всем признался. Он был за рулём автомобиля, который врезался в вашу машину. — Следователь говорил ровно, методично, излагая факты. — В тот вечер он возвращался с загородной вечеринки. Алкогольное опьянение, превышение скорости. Не справился с управлением, вылетел на встречную полосу прямо в вашу машину.

Я слушала, затаив дыхание, ловя каждое слово следователя.

— Он практически не пострадал. С его слов несколько царапин, вот и всё. Осмотрелся вокруг — трасса пустая, ни одной машины, никого. Тогда он решил скрыться. Но понимал, что в вашей машине может быть видеорегистратор. Вернулся к месту столкновения и начал искать.

Следователь наклонился к столу, достал прозрачный пластиковый пакет и протянул мне.

— Узнаёте?

Я взяла пакет дрожащими руками, повертела в ладонях. Внутри был небольшой чёрный видеорегистратор именно такой же фирмы, как был у нас. Я перевернула его. На углу корпуса виднелся небольшой, но узнаваемый скол. Славик умудрился уронить регистратор буквально на следующий день после покупки, когда помогал папе что-то настраивать в машине. Папа тогда ругался, но не стал менять устройство — работало же.

— Да, — прошептала я, не в силах оторвать взгляд от скола. — Это регистратор из машины моих родителей.

— Он не смог найти его сразу, — продолжил следователь спокойно. — Машина была слишком разбита, всё вдребезги. Он искал, ворошил обломки... И тогда увидел вас. Вы были в сознании. Он говорит, что вы смотрели на него. Видели его лицо.

Я резко подняла взгляд на парня за стеклом. Пыталась вспомнить лицо, любую деталь. Но нет, ничего. Пустота.

— Но я его не помню, — покачала я головой. — Совсем.

— Егор Пономарев был уверен, что вы не выживете. Слишком серьёзные травмы. К тому же журналисты накосячили — написали, что в аварии выжил только мальчик. Он подумал, что опасность миновала, но через год он увидел вас живой в театре, где работал администратором в холле. И он испугался, что вы его вспомните, узнаете и пойдёте в полицию.

Следователь замолчал, давая мне время осознать услышанное, задать вопросы, если они есть.

Я растерянно смотрела на парня за стеклом.

— Но я и в театре его не видела. Я его даже не заметила.

— Я его видел, — неожиданно произнёс Молотов. Голос спокойный, но твёрдый. — Видел этого парня в театре.