Книга Ангел за маской греха, страница 129 – Алиса Бренди

— Не бойся, — произнёс он уверенно. — Он больше ничего не сделает. Его найдут. Василий мне звонил — уже есть предположения, кто это. — Он сделал паузу, продолжая гладить мою руку размеренными движениями. — Пока он прячется, но это дело пары дней. Максимум недели. Мы его поймаем.

Его прикосновения были странно успокаивающими. Я не ожидала, что это будет... приятно. Что от этих лёгких поглаживаний что-то внутри расслабится, отпустит хватку страха. Я смотрела на наши сцепленные руки и не могла заставить себя отдёрнуть свою. Не хотела.

Так прошло пару дней.

Степан каждый день привозил меня к Молотову в больницу. Я приходила утром, садилась на тот же стул рядом с его кроватью и оставалась там часами. Мы разговаривали — о чём-то простом, обыденном, старательно избегая тяжёлых тем. Иногда молчали, и это молчание было странно комфортным, не давящим. Он рассказывал про работу, про какие-то сделки, которые приходится вести даже из больничной палаты. Я рассказывала про Славика, про то, как он поправляется, как Варвара Петровна готовит его любимые блюда. Молотов слушал внимательно, искренне улыбался.

А в одни из дней на пороге дома Молотова появился Василий.

— Элина, — обратился он ко мне сразу, без предисловий, с той деловой прямотой, что была ему свойственна. — Вашего несостоявшегося убийцу поймали.

Мир вокруг словно остановился на мгновение, звуки стали приглушёнными, воздух застыл. Сердце сделало резкий, болезненный рывок в груди, а потом забилось так быстро и неровно, что я почувствовала его удары в горле.

— Что? — вырвалось у меня хрипло. Я сделала шаг вперёд, потом ещё один, не осознавая, что двигаюсь. — Правда? Кто... кто это?

— Имя Егор Пономарев вам о чём-нибудь говорит? — спросил Василий, всматриваясь в моё лицо с пристальным вниманием, будто каждая моя реакция имела значение.

Я растерянно уставилась на него, лихорадочно перебирая в памяти всех, кого когда-либо знала. Егор Пономарев. Имя звучало совершенно чужим, незнакомым. Одногруппники, соседи, случайные знакомые, коллеги родителей — я прокручивала список снова и снова. Ничего. Пустота.

— Нет, — покачала я головой, чувствуя нарастающее недоумение. — Никаких Егоров я не знаю. Вообще. Так зовут того, кто в меня стрелял?

— Да, — кивнул Василий коротко и уверенно. — Собирайтесь. Сейчас поедем в участок. Следователь вам всё расскажет, покажет улики, объяснит мотив.

Я была уже готова, так как собиралась ехать к Молотову в больницу, как делала это каждый день. Он наверняка ждал меня. Хотя, скорее всего, он был уже в курсе происходящего, так что не удивится моему отсутствию. Василий наверняка доложил ему первому. Ничего, можно будет приехать к нему позже.

Мне было страшно. Очень страшно. Сейчас я узнаю, кто этот убийца, кто он такой, зачем ему была нужна моя смерть. От этих мыслей становилось не по себе, холодок пробегал по спине, мурашки по коже. Может быть, я даже его увижу. Человека, который хотел меня убить. Который целился мне в голову. Что я почувствую, когда увижу его лицо? Страх? Злость? Что?

Степан вёл машину молча, Василий сидел рядом со мной на заднем сиденье и что-то печатал в телефоне. Я просто смотрела в окно, не видя ничего за стеклом, погружённая в собственные тревожные мысли.

Мы приехали в участок быстро. Внутри здания было шумно — люди, разговоры, телефонные звонки. Мы пошли по коридору втроём — я, Степан и Василий, — и почти сразу я увидела его.