Книга Ангел за маской греха, страница 139 – Алиса Бренди

Всё. Пути назад нет.

Я сжала поручни так крепко, что костяшки пальцев побелели. Молотов сидел рядом, абсолютно спокойный, будто мы просто катались на карусели для малышей.

Вагончик дёрнулся и начал медленно подниматься вверх по рельсам. Металлический лязг, скрежет колёс, всё выше, выше, выше. Я смотрела вниз — парк становился всё меньше, люди превращались в точки.

— Эля, — позвал он.

Я резко обернулась. Он протянул руку, и я схватилась за неё, как за спасательный круг. Его ладонь была тёплой, крепкой, уверенной.

И кому тут нужна была моральная поддержка? Он выглядел невозмутимо, будто катался на таких горках каждый день.

Вагончик замер на самой вершине. Секунда тишины. Я успела увидеть весь парк, раскинувшийся внизу, город на горизонте, небо над головой.

А потом падение.

Резкое, головокружительное, выворачивающее всё внутри наизнанку. Я закричала — громко, не сдерживаясь, от страха и восторга одновременно. Ветер бил в лицо, сносил волосы назад, дыхание перехватило. Поворот, ещё один, мёртвая петля — мир перевернулся, я висела вниз головой, всё плыло перед глазами. Крик застрял в горле, сердце колотилось бешено, адреналин разливался по венам горячей волной.

Страх смешался с восторгом, с диким, почти детским счастьем. Я орала, смеялась, не понимая, где заканчивается одно и начинается другое. Рука Молотова крепко держала мою, не отпускала ни на секунду.

Ещё один поворот, спуск, резкий подъём, и вот вагончик начал замедляться, въезжая на финишную платформу. Мы остановились.

Я сидела, тяжело дыша, не в силах пошевелиться. Защитная дуга поднялась с щелчком, но я всё ещё держалась за поручни, пытаясь прийти в себя.

Молотов встал первым, протянул мне руку, помогая выбраться. Мы вышли на платформу, и я наконец-то посмотрела на него.

Волосы взъерошены, щёки слегка раскраснелись, а в глазах неприкрытый восторг, почти мальчишеский. Он улыбался широко и открыто, так, как я его ещё ни разу не видела.

— Ну как тебе? — спросила я, всё ещё пытаясь отдышаться и успокоить бешено колотящееся сердце.

— Это было... — Он замолчал на секунду, подбирая слова, а потом рассмеялся коротко и качнул головой. — Чёрт. Я многое потерял, не катаясь раньше.

Мы вышли с платформы на твёрдую землю. Я всё ещё чувствовала, как ноги подрагивают от остатков адреналина, когда нас остановил сотрудник в яркой форменной жилетке. Он держал в руках планшет с экраном и улыбался той профессиональной улыбкой, которой улыбаются все, кто что-то продаёт.

— Не хотите фотографии с аттракциона? — спросил он бодро, уже поворачивая экран к нам. — Посмотрите, какие отличные кадры! Можем распечатать прямо сейчас, это займет буквально пару минут.

Я посмотрела на экран и почувствовала, как щёки начинают гореть.

На фотографии мы держались за руки. Молотов выглядел так, будто находился не на американских горках, а позировал для съёмки в каком-нибудь глянцевом журнале. Волосы растрепаны ветром, но не беспорядочно, а будто специально уложены стилистом для создания эффекта «небрежной элегантности». Лицо спокойное, чёрты чёткие, взгляд уверенный. Он получился невероятно, до неприличия красивым.

А я... Боже. Я получилась катастрофой. Рот распахнут в истошном крике, глаза вылезли из орбит, лицо перекошено гримасой чистого ужаса, волосы разлетелись во все стороны, словно на меня напал полтергейст. Я выглядела как персонаж из фильма ужасов в самый кульминационный момент.