Книга Ангел за маской греха, страница 64 – Алиса Бренди

Ну а что я хотела?

Без сил рухнув на кровать, я взяла телефон. Открыла соцсети. Начала листать шортсы — короткие видео, одно за другим. Бесконечная лента контента, яркого, громкого, бессмысленного.

Короткие ролики забивали эмоции, отключали мозг. Я чувствовала, как тупею с каждой минутой, но это и было нужно. Не думать, не чувствовать. Просто смотреть на танцующих людей, смешные скетчи, котиков.

Я даже смеялась. Хихикала над видео с котиками, которые падают с диванов. Над глупыми шутками. Смех был механическим, пустым, но он был.

Не заметила, как на столе появился поднос с едой.

Когда именно? Он приходил? А может быть, не он? Ведь наверняка в таком доме есть работники — кто-то убирает, готовит, следит за порядком. Хотя я никого не видела. Ни звука, ни движения.

Но почему-то я была уверена, что это был он.

Так странно. Мой мучитель сам носит мне еду. Сам бинтует мне руки. Заботится о порезах, которые я получила в его доме. Бред какой-то. Абсурдный, извращённый, больной. Заботливый монстр. Как это вообще сочетается?

Не знаю, сколько я пролистала шортсов. За окном уже стемнело — густая чернота, в которой мерцали огни города где-то далеко внизу.

А потом я услышала стук.

Молотов стучится? Стучится в запертую дверь, которую сам же закрыл?

Я продолжила листать видео. Делая вид, что не слышу. Пусть стоит там.

Он вошёл. Услышала щелчок замка, скрип петель, потом звук отодвигаемого стула. Он сел за стол, где стоял поднос.

Я продолжила листать. На экране появился очередной смешной видос с котиком, который пытался поймать свой хвост и врезался в стену. Я хихикнула — громче, чем нужно. Демонстративно игнорируя его присутствие.

Молотов подошёл к кровати. Сел на край, матрас прогнулся под его весом. Слишком близко. Я чувствовала его присутствие всем телом, но продолжала смотреть в экран телефона, делая вид, что его нет.

— Эля.

Голос был тихим, почти мягким. Я не ответила. Продолжила листать — быстрее, нервнее, пальцем по экрану вверх, вверх, вверх.

— Ты не ела.

Констатация. Не вопрос, не упрёк. Просто факт.

Я огрызнулась, не поднимая глаз от телефона:

— Поем, только уйди.

И снова принялась листать ленту. Ещё быстрее. Видео мелькали, не задерживаясь. Я даже не видела, что там. Просто листала, лишь бы не смотреть на него.

Повисло тяжёлое молчание. Я чувствовала его взгляд на себе, долгий, изучающий. Потом он поднялся. Шаги к двери. Щелчок замка.

Он ушёл.

Я выдохнула. Опустила телефон на грудь и уставилась в потолок.

Мне действительно надо было поесть. Морить себя голодом — плохая идея. Глупая идея. Я же решила, что соберу себя по кусочкам, что смогу жить дальше. Выберусь из этого кошмара. А для этого нужны силы.

Физические. Моральные. Любые.

Поэтому отказываться от еды — идея дурацкая и саморазрушительная.

Я встала и подошла к столу.

На подносе стояла тарелка с пастой — с морепродуктами, в сливочном соусе, уже остывшая. Салат. Стакан сока. Всё аккуратно, красиво. Как в ресторане.

И ещё коробочка. Небольшая, плоская, обтянутая бархатом. С логотипом на крышке — золотым, изящным, узнаваемым.

Я взяла коробочку в руки, повертела. Это оказался какой-то известный, жутко дорогой бренд. Тот самый, мимо витрин которого я всегда проходила, даже не заглядывая внутрь, потому что ценники там начинались с моей месячной зарплаты.