Книга Игра на инстинктах, страница 2 – Саша Кей

Это вообще скотство.

Я не нанималась терпеть такое. У меня ощущение, будто это меня того…

А мужика почему-то неслышно.

Или он не в таком уж восторге, или я не знаю что.

Может, за него пора начинать волноваться? Принести ему грелку со льдом для паха? Кажется, ему понадобится.

Бабца переходит на ультразвук и, судя по всему скоро, должна начать имитировать оргазм. Я уже болею за неё как за родную. Если все кончат, то, надеюсь, они заткнутся, и я смогу начать свои сборы в девчачий свет.

О! Вот и мужской рык.

Женский писк.

Стена ещё пару раз сотрясается, осквернённая репродукция Рериха падает с гвоздика под наш общий стон. Их и мой.

— Мне надо выпить, — сиплю я, остро жалея, что бросила курить.

В воцарившейся тишине затягиваю потуже пояс старого страшного халата и шаркаю на кухню, чтобы, наконец, запустить кофеварку.

Пока я шарюсь по пустым полкам, на лестничной клетке происходит что-то интересное. Прижав к пузу банку с сухими сливками, я рысью щемлюсь в прихожую и прилипаю к глазку.

Увы, видно не так много. Открытая дверь соседней квартиры перекрывает мне обзор, но судя по тому, что снаружи оказывается голосистая фемина, моим соседом является тот, кто её плющил. Девица выглядит на двадцать, и в её юбке вряд ли больше сантиметров. Она поправляет огромные колыхающиеся буфера под тонкой футболкой.

Я кошусь себе на то место, где у других женщин грудь.

Зато не отвиснет.

Вот.

А быстро он её выставляет. Прям снял с члена, и в добрый путь.

Мне опять слышно только мартышку. Что-то про новую сумочку, и следом все эти «котики, сюси-пуси». Правда, прощание заканчивается быстро, и восходящая порнозвезда нашего подъезда скрывается в кабине лифта, а дверь в развратошную с лязгом закрывается.

Тьфу.

Возвращаюсь на кухню не солоно хлебавши.

Кофе как раз готов. Я откусываю купленный ночью по дороге из аэропорта круассан. Гадость какая. А выглядел перспективно.

Выбрасываю в мусорку. Всё бесит. Кошмарный день.

Жратвы в холодильнике, естественно, нет.

Во-первых, меня не было полгода, а во-вторых, повара дома не готовят.

И кондитеры, которым я являюсь, тоже. На работе хватает.

Повздыхав, я смиряюсь с тем, что пожрать получится только на встрече с девчонками, и выхожу на балкон с чашкой, чтобы оценить температурный режим. Прогноз погоды — это, конечно, хорошо, но когда он был верным?

Не успеваю я сделать глоток кофе, как на соседнем балконе открывается дверь, и выходит ОНО.

В смысле, он.

В смысле, мужик.

Тот самый ебака грозный.

Он, как и я, не с пустыми руками. Длинные пальцы держат широкий низкий стакан, заполненный на треть янтарной жидкостью. Не то коньяк, не то вискарь. Но это ладно. Взрослые люди имеют право пить что хотят, даже если у них ни стыда, ни совести.

А тут с первого взгляда понятно, что и с тем и с другим у мужика напряг.

Такой же шкаф, как мой брат, только весь в мышцах. Прямо центнер, наверно, весит. И всё это мускулистое богатство предоставлено мне для осмотра, потому что, когда девица ушла, не только я провела время с пользой. Сосед сходил в душ и покрытый каплями воды выперся на балкон в одном полотенчике на бёдрах. Очень-очень коротком полотенчике.

С улицы-то, может, и непонятно, что тут неглиже, а мне вот видно отлично.

Мужик, стоя ко мне спиной, не знает, что светит своими прелестями. В другой руке у него телефон, с которого он чего-то читает. А я продолжаю пялиться на жгуты мышц, обнимающие рёбра.