Книга За твоей спиной, страница 34 – Лина Коваль

— Вот как? — сипло спрашиваю, опуская взгляд.

Что это значит? Мысли хаотично гуляют по черепной коробке.

— А вот на тебя республика действует странно, — теперь он осматривает меня так пристально, что мои щеки, кажется, вспыхивают. — Платок на голову повязала, законы наши изучаешь. Может, и веру поменяешь?

— Уж лучше вы к нам, — бурчу, понимая, что вся моя веселость и легкость после упоминания о Мадине куда-то улетучилась.

— Я к вам? — переспрашивает Расул, будто бы раздумывая.

Салон автомобиля взрывается мужским хохотом.

Я тоже прячу улыбку.

Так смеяться он может только со мной, потому что я не никогда не боялась ему возражать. Прикрываю глаза от накатывающих слез. Так со мной бывает. Просто осознание, что Герман не до конца подавил во мне… меня, — резко бьет в голову.

Припарковавшись, мы заходим в небольшой по московским меркам торговый центр и поднимаемся на второй этаж.

— Это здесь, — кивает он на просторный бутик.

— Расул Рашидович, — тут же поспевают к нему продавец. — Мы вас ждали. Таша предупредила…

— Не нужно перебарщивать с этническими костюмами, Таня, — произносит тихо Расул, когда я перебираю ряды с разноцветными платьями.

— Тебе не нравятся женщины в этнических костюмах? — прикладываю к себе один из нарядов и смотрюсь в зеркало на стене.

Вижу, как мои щеки мгновенно вспыхивают негодованием, когда он чуть лениво и так же тихо отвечает:

— Смотря какие это женщины…

Обернувшись, ловлю наглый взгляд на своей талии и отвечаю, раздраженно закатывая глаза. Разговаривать с Хаджаевым о других женщинах весьма странно.

У него есть как минимум Мадина. Официальная жена и близкий человек.

А еще девушка по имени Таша…

Гордость не позволяет мне поинтересоваться этой загадочной особой, поэтому я сгораю от ревности молча.

Одергиваю себя.

От ревности, Таня? Серьезно?

Ты приехала сюда с четкой целью — избавить себя и сына от Германа. Не сбивайся с нее, пожалуйста!..

— Не нужно указывать мне, какую одежду покупать, — ворчу, нервно возвращая длинное платье на вешалку.

— Разве тебе не нравятся властные мужчины? — подстегивает.

— Мм… Смотря какие это мужчины…

Наши глаза снова устремляются друг к другу, словно мощные магниты.

Расул склоняется, облокачивается о широко расставленные колени и смотрит на меня весьма строго. Давая понять, что он вести беседы о мужчинах, которые мне интересны, тоже не намерен.

Сексуальная перестрелка заканчивается ничьей: он отворачивается, я приглаживаю волосы и иду дальше по рядам.

С помощью скромной девушки, которая выходит из подсобного помещения, выбираю повседневные вещи. Две пары джинсов, теплый джемпер, лонгслив, кофту на пуговицах и несколько маек. А еще удобное, комфортное белье и ночные рубашки.

Примеряю с десяток различных платьев и оставляю три из них, два из которых длинные и этнические.

Напоследок Расул настаивает на том, чтобы купить теплые, непродуваемые плащ и куртку. Я скрепя сердце соглашаюсь.

— Осталась только обувь, — устало сообщаю, наблюдая, как сотрудники магазина упаковывают покупки.

Пока Хаджаев расплачивается на кассе, замечаю мужской отдел напротив.

Пройдя мимо металлических рамок, останавливаюсь у крутящейся стойки с головными уборами.

Выбор небольшой.

— Что-то конкретное интересует? — тут же оказывается рядом парень.