Книга Розовый мед – 2, страница 11 – Владимир Атомный

— Языком⁈ — выпалила она, замерев.

— Ну да, — протянул я, удивлённо. — Пальцем же покарябать можно, да и дёргается глаз, обычно. Но ты хорошо держалась.

— А почему ты мне языком не сделал? — напряжённым тоном спросила Неколина.

Я нервно рассмеялся.

— Говорю же — ты и так хорошо держалась.

— А можешь сделать?

— В смысле, языком? — опешил я.

Она кивнула и смотрит сумасшедшим взглядом. Только сейчас начал догадываться, что за дичь происходит и мозг сразу выудил из памяти ещё одну странность Неколины — не надевать нижнее бельё. Сволочь, а не мозг!

Я хмыкнул, чтобы хоть немного снять напряжение. Подошёл.

Хочется выматериться — Неколина поедает глазами, требует сделать, ждёт! Взбрело же ей в голову…

Я склонился, пальцами правой руки немного раздвинул веки и придвинулся ещё ближе. Отчего-то закрылись глаза, как при поцелуе, только это, мать его, не поцелуй!

Ну, с другой стороны, а чего тут такого? Раз уж просит, то повожу ей языком по глазу — пусть узнает, как это. Мне так мама в детстве соринки вытаскивала…

Но Неколина дрожит под ладонями — и когда я её прихватил? Из открытого ротика вырвался лёгкий стон, открыв от удивления глаза, вижу как она свела ноги, с зажатой между рукой.

Это надо кончать — я отпрянул и даже руки убрал. Неколина же, как сидела вытянувшись, так и сидит: напряжена, глаза закрыты, а чёртова ручка всё там же. Вот девочка-кошка вздрогнула пару раз, простонав и только после этого очнулась. Задышала, огляделась. Лицо заметно порозовело.

— Ух! — робко произнесла она, поглядывая с ожиданием.

— Это сейчас, что было? — ворчливо отозвался я.

— Давай назовём это эксплорингом?

Я повозил в мозгу англицизм и говорю:

— Да пофиг, блин!

— Было классно! — счастливо сообщила Неколина.

— Почему мне стыдно за это? — раздражённо бросил я и дернул дверцу холодильника. — Твою-ж…

Ещё и соки мои закончились. Полез за смартфоном…

— Самуил? — позвала Неколина.

— М-м? — отозвался я, не отрываясь от экрана.

— Мог бы посмотреть сюда?

Я бросил взгляд, дёрнулся и замер: Неколина взобралась на стул и внимательно смотрит на меня, руками держится за края юбки.

— Хочу угостить тебя. Ты подарил мне абсолютно новые впечатления, сама бы я никогда не догадалась, что можно языком касаться глаз. Не суди строго, — вещает она, понемногу повышая тон и добавляя в голос торжественности, — пока что я не могу подарить большего, но всё же — это канон! Любуйся!..

И она задрала юбку. Я почему-то сощурился, словно сейчас заискрится цензура. Тонкие белые колготки обтягивают ножки, как вторая кожа и немного просвечиваются. Неколина не надела белья и мой взгляд тут же примагнитился к обтянутому уголочку: почему там тоже одинарная ткань? Неколина расставила ноги, насколько это возможно на стуле, я вижу робкие формы её нежной писечки и не могу оторвать глаз. А надо бы! Выходит, она знает, что мне нужно? И пользуется этим?

Тут меня просветил аниме-луч: мы же оба отбитые «аниму-дебилы» — это значит, что хорошо понимаем, где — канон, а где нет. Неколина дарит мне то единственное, чем богата — моэ-эликсир с хентайным ликёром. Крепко запечатлев в памяти образ я торжественно кивнул и подошёл, чтобы, взяв её за хрупкие ручки, опустить юбку.

— Благодарность принята.

Неколина улыбнулась. Придерживая за руку, помог ей слезть со стула.