Книга Роковая красотка, страница 48 – Миша Дрик

— Вряд ли.

Когда темный салон машины осветился очередной синеватой вспышкой, я заметил, что Катерина едва удержалась, чтобы не закричать и не съежиться на сиденье.

Я грозы не боялся. Хотя и не хлопал в ладоши от восторга, но и особых признаков тревоги не показывал.

На узкой проселочной дороге, на которую мы свернули, нельзя было развить большой скорости, тем более в непогоду. Мне несколько раз приходилось вылезать, чтобы убрать загораживающие путь сломанные ветви деревьев. Но все же мы продвигались вперед.

— А это еще что? — осведомился я, притормаживая на вершине очередного холма и удивленно глядя вниз.

— Брод.

Речушка, в обычное время едва струившаяся по каменистому руслу, сейчас выглядела совсем не безобидно.

— Это я вижу! — рассмеялся я.

— Если видишь, зачем тогда спрашивать? — огрызнулась Катерина. — По-моему, не самое подходящее время для истерик, — неодобрительно добавила она.

— Истерик? — недоуменно повторил я и тут же снова разразился хохотом. — Не могу! Ну как тут не смеяться! Ты только ответь, тебе не приходило в голову, что не самая лучшая мысль перебираться вброд через реку в разгар ливня?

— Какая еще река? — Катерина обдала меня ледяным презрением. — Это же ручеек!

— А ты, моя милая, взгляни еще раз.

— Все равно так куда быстрее, чем в объезд. Эй, ты куда? — Я распахнул дверцу автомобиля, и в салон ворвался рев ветра и шум дождя.

— Проверить, глубоко ли.

— Ты же промокнешь.

— Ага, а еще прическу испорчу, — насмешливо согласился я, смахивая со лба прядь волос.

За время многочисленных остановок по дороге я и так уже основательно вымок. Пиджак уже снял, и влажная рубашка липла к телу.

— Говорю же, этот брод проходим, — упрямо заявила она.

— Я предпочитаю удостовериться лично. — Покровительственно проговорил я, захлопнув за собой дверцу и зашагал вниз по склону.

Катерина расстегнула ремень безопасности и перелезла на водительское место. Внезапно машина, плавно набирая скорость, устремилась к броду. Я предупреждающе прокричал.

Я часто здесь проезжал, но никогда еще вода не стояла так высоко, а течение не было таким быстрым и мощным. С грехом пополам проехав ровно до середины брода, машина намертво стала.

Когда я добрался до автомобиля и постучал в окно, София уже вовсю кричала на руках матери.

— Я не могу открыть дверцу! — в панике закричала Катерина.

— Да, тут какие-то бревна мешают! — прокричал в ответ. — Только не пытайся выйти с другой стороны! Течение слишком сильное, тебя может сбить с ног прежде, чем я туда доберусь. — Перед глазами пронеслись ужасающие видения того, как их с дочкой уносит разбушевавшийся поток.

— Открой окно! — я наклонился ближе к стеклу.

Она не нуждалась во втором приказании. Автомобиль и так уже кренился и покачивался под напором воды.

— Ох, детка, — прошептала она виновато, целуя светлую макушку Софии, — что же я наделала!

В открытое окно тут же ворвался дождь. Я видел, как ледяные струи катятся по ее обнаженным плечам. Она замотала дочь в шелковую накидку от платья и прижала к груди.

— Ну ладно, ты был прав. Небось, счастлив теперь до безумия! — Иногда мне не верилось, что подобные слова могут слетать с ее уст.

Я стоял чуть ли не по пояс в грязной, холодной воде. От такой дерзости у меня даже дыхание перехватило.