Книга Бывшие. Голос из прошлого, страница 15 – Галина Колоскова

Я влетаю в квартиру. Каролина стоит в центре. Раскрасневшееся лицо искажено злобой. Данил испуганно жмётся у дивана, держа в руках игрушечную машинку.

— Мама! — он бросается ко мне, обнимает мои ноги.

— Что ты здесь делаешь? — мой голос дрожит от ярости и страха.

— Что я делаю?! — она истерично хохочет. Тёмные глаза блестят нездоровым блеском. — Спасаю тебя от самой себя, дура! Ты совсем с катушек съехала? Встречаешься с ним? С этим гадом?!

Похоже, сегодня неподходящий день для разборок. Обнимаю испуганного сына руками.

— Каролина, уйди. Сейчас же! — Его безопасность для меня важнее любых разборок.

— Ага, щас! Чтобы ты натворила дел? Чтобы он снова тебя обманул, а потом забрал сына? — она язвительно улыбается. — Думаешь, он раскаялся? У него адвокаты, связи! Он через суд отнимет Данила, а тебя вышвырнет на улицу! И будет прав! Одна мать-одиночка, две работы, копеечная зарплата. А у него — состояние. Суд будет на его стороне!

Её слова бьют по больному, в мой годами выстраданный страх.

— Замолчи! — рычу я, прижимая к себе всхлипывающего Даню. — Ты не имеешь права…

— Я — имею! — она подходит ко мне вплотную. Запах вина бьёт в ноздри. — Я пять лет вытирала тебе сопли! Была рядом, когда он тебя бросил! А теперь ты плюёшь на нашу дружбу ради сладких речей мерзавца!

Слушать её враньё нет сил.

— Ты лжёшь! — вырывается у меня крик. — Ты все эти годы лгала!

Она замирает. В пьяных глазах на секунду мелькает испуг, но тут же сменяется новой волной ярости. Она гневно рычит:

— Что ты несёшь?

— Фото, Каролина. Подложные письма. Я всё знаю.

До «подруги» доходит, что я встречалась с Климом. Её лицо искажается.

— Ах, знаешь? И веришь ему? Ему?! Он тебя купил, как последнюю…

Она не успевает договорить. Дверь, которую я не замкнула, медленно открывается.

В проёме появляется Клим.

Он не произносит ни звука. Стоит, заполняя собой пространство прихожей. Стальной взгляд прикован к Каролине.

В воздухе повисает тяжёлое напряжение. Становится нечем дышать.

Каролина застывает с открытым ртом. Праведная злость мгновенно испаряется, сменяясь животным страхом. Она отступает на шаг, натыкается на журнальный столик. Зря не воспользовалась моим советом уйти. Теперь оглядывается по сторонам и понимает, что бежать некуда.

— Клим… — тихий голос — жалкий шёпот пойманной с поличным преступницы. — Я… мы просто…

Не спеша он делает один шаг внутрь. Потом другой. Его движения плавные, смертоносные. Подходит так близко, что Каролина вынуждена запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза.

— Твоя игра окончена, — цедит тихо, но каждый слог отчеканен, как пуля. — Даю три секунды. Начни говорить правду. Или я уничтожу тебя. Не как мужчина женщину. А как бизнесмен — ничтожную, жалкую помеху! У тебя не останется ничего. Ни работы. Ни репутации. Ни крова над головой. Три…

Он не повышает голос, но от его спокойной, ледяной угрозы волосы шевелятся на голове.

— Ты не посмеешь… — пытается она что-то сказать, но голос предательски дрожит.

— Два… — произносит он, сужая глаза.

— Я… я не знаю, о чём ты! — она пытается изобразить истерику, но получается жалко.

— Мам, мне страшно, — плачет Данил, зарываясь лицом в мою кофту.

— Один.

Короткое слово повисает в воздухе, как приговор. Каролина смотрит на Клима с видом побитой собаки. Я вижу, как рушится выстроенная ею защита. Она понимает — он не блефует, а сделает именно так, как сказал.