Книга За Бывшего, страница 2 – Елена Анохина

Я приподняла бровь. — Ты что, специально прилетела, чтобы уговорить меня записывать альбом?

Она замерла на секунду, и в её глазах мелькнуло что-то… неуловимое.

— Ну… не только.

Я почувствовала подвох. — Света.

— Ладно, ладно! Она вздохнула. — Я вообще-то организатор одного мероприятия. Но это не важно!

— Какого мероприятия?

— Ника… Она потянулась за бокалом, избегая моего взгляда. — Давай не будем портить вечер.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Это о них, да?

Света не ответила. Но её молчание было красноречивее любых слов.

Я резко встала, подошла к окну. За стеклом мерцали огни Рейкьявика — холодные, далекие. Как моя прежняя жизнь.

— Они женятся?

— Помолвка.

Я зажмурилась.

Вадим. Оля. Теперь официально.

— И ты собиралась мне этосказать, уговаривая записать песни?

Света подошла ко мне, положила руку на плечо.

— Нет. Я хотела, чтобы ты записала их… и вернулась.

Я рассмеялась. — Зачем? Чтобы плюнуть им в лицо?

— Чтобы показать, что ты жива. Что они не сломали тебя.

Я долго смотрела в ночь. Потом обернулась.

— Ладно. Завтра едем в студию.

Света улыбнулась. Но я знала — это только начало.

А где-то там, в Москве, готовилась помолвка.

И я уже писала для них новую песню.

Студия звукозаписи, Рейкьявик

Я стояла перед микрофоном, стиснув кулаки. В наушниках играла инструментальная дорожка, а звукорежиссер Тор, бородатый исландец с невозмутимым лицом, жестом показывал:

«Сейчас запись».

— Я не могу, — прошептала я, отстраняясь.

— Ты можешь, — Света схватила меня за плечи, её глаза горели. — Это твои слова, твоя боль. Выпусти её.

Я закрыла глаза. Вспомнила его руки на её коже. Её смех, когда они не знали, что я стою в дверях.

И запела.

Голос сначала дрожал, но к середине куплета превратился в хриплый рык. Я не пела — я выплевывала каждый звук, как нож.

— ДА! — Света вскочила с дивана, чуть не опрокинув стакан с кофе. — Это же… БЛЕ-Е-Е-СТЯЩЕ!

Тор, обычно невозмутимый, ухмыльнулся и дал знак музыкантам. — Ещё раз, с чувством.

Мы провели в студии шесть часов. Шлифовали аранжировки, перезаписывали вокал, пока я не чувствовала себя выжатой, как лимон. Но когда финальная версия

«За бывшего»полилась из мониторов, даже я замолчала.

Это было… мощно.

— Ты родила хит, дура, — Света обняла меня, прыгая на месте. — Это же чистый динамит!

Я хотела возразить, но в глазах у неё уже горел тот самый огонь — предвестник безумных идей.

После студии мы завалились в бутики, смеясь над уродливыми свитерами с оленями, потом набили сумки ненужными, но красивыми вещами. В кафе у гавани Света трещала о своих приключениях в организации свадеб, а я слушала, улыбаясь, и ни разу не спросила о них.

Как будто их не существовало.

Как будто я не знала, что через неделю Вадим встанет на одно колено и подарит Оле кольцо, которое когда-то выбирал для меня.

Вечер. Камин. Шампанское.

— Сегодня твой праздник, но главная — я … — Света вдруг затянула мою песню, размахивая бокалом.

— Ты пьяна, — фыркнула я, но она не остановилась.

— Я тот, кого боишься вспомнить…

Она крутанулась, делая паузу в тексте, и вдруг замерла. Глаза расширились.

— О боже.

— Что?

— Мы убьём их всех.

Я вздохнула. — Света…

— Нет, слушай! Она плюхнулась рядом, хватая меня за руки. — Ты появишься на их помолвке. В платье, расшитом камнями. Из темноты. С бокалом в руке. И начнёшь петь ЭТУ песню.