Книга Стирая запреты, страница 98 – Кристина Майер

Щелчок дверного замка оборвал мои мысли. Застыв с ложкой в руках, прислушивалась к шуму в квартире, но его не было. Здесь столько комнат, что, приди к нам вор, мы бы с ним и не пересеклись.

— По-моему, Аслан вернулся, — озвучила мои подозрения Леля. — Пойду посмотрю, — поднявшись из-за стола, по дороге опустила пустую тарелку в раковину.

«Я с вами!» — мысленно произнесла я и последовала за Ольгой.

— Аслан, хорошо, что ты вернулся. Есения уже проснулась и немного нервничает, что тебя нет, — слова Ольги заставили замереть перед поворотом. Вот откуда она догадалась, что я чувствую?

— Я быстро приму душ и присоединюсь к вам, — даже не видя Аслана, я слышу в его голосе напряжение.

— Я позвоню Ибрагиму и попрошу его забрать меня, — произносит Оля.

— Сидит на работе, ждет, когда я освобожу тебя, — по-доброму подтрунивает над невесткой.

— Ты же знаешь, он не любит находиться дома один, — спешит заступиться за супруга Леля.

— В нашем доме невозможно заскучать, там всегда куча пацанов, — хмыкает Аслан. — Мой брат не любит, когда там нет тебя.

Оля ничего на это не отвечает или отвечает жестом, которого я не вижу. Устав стоять и прятаться, выхожу из-за угла. Взгляд останавливается на Аслане, считывает малейшие изменения. Складка на изломе бровей стала намного глубже, губы сжаты, хотя он и пытается улыбаться, в глазах до сих пор роится темнота, а энергетика фонит холодом.

— Это что, кровь?! — заметив бурые пятна на темном камуфляже, восклицаю я. Заторможенность слетает, в два шага я оказываюсь возле Аслана.

— Жду вас на кухне, — Оля деликатно оставляет нас наедине.

— Не моя, Еся, — удерживая за руки, не дает к себе приблизиться. — Я грязный, не хочу тебя запачкать, — произносит Аслан. Смотрит нежно и требовательно одновременно. — Я сейчас приму душ и приду на кухню, — добавляет мягче. — Всё хорошо со мной, не переживай, — проводит подушечкой большого пальца по моей щеке, обводит контур нижней губы. — Чуть позже у тебя будет возможность убедиться, что на мне ни одной царапины, — подавшись вперед, хрипло произносит на ушко. — Если бы у нас не было гостей, утащил бы с собой в душ, — добавляет он, обводя языком ушную раковину, прикусывает мочку. Втягивает её в рот, посасывает. У меня ноги подгибаются от слабости, а опереться можно только на стену.

— Остановись.… — выдыхаю на грани слышимости.

— Продолжим позже, — мажет губами по моим губам, отпускает руки. — Дойдешь сама? — улыбается, замечая, что ноги меня не слушаются. Я могла бы сказать, что это последствия укола, но не хочу, чтобы в его глазах вновь заклубилась темнота. Хочется думать, что я своим присутствием прогнала холод, который поселился в Аслане после произошедшего.

Стоило вспомнить о Мироне, как в голове стали взрываться вопросы.

Где мама? Она знает о том, что Мирон меня домогался? Как она отреагировала? Поверила или продолжает обвинять меня?

Кровь на одежде Аслана, скорее всего, принадлежит Мирону. Жив ли отчим? Аслан обещал, что не станет его убивать, а значит, я должна ему верить, но все равно на душе неспокойно. Не хочу, чтобы из-за меня у Аслана были проблемы.

Возвращаюсь на кухню, Леля навела на столе порядок и заново его сервирует. На плите в небольшой кастрюльке греется суп. Бросив на меня взгляд, отставляет тарелки и подходит ко мне, берет за руки.