Онлайн книга «Экзамен на прочность»
|
В памяти всплыло её лицо — бледное, с тонкими чертами, с этим ледяным взглядом, который не дрогнул даже тогда, когда он поставил её на место при всех. Она не сломалась. Не заплакала. Не стала умолять. Она посмела. Не просто ответить. Не просто унизить его в ответ. Она заставила его почувствовать себя слабым. И за это он собирался сломать её. Но теперь… Теперь игра изменилась. Рощин. Имя жгло, как раскалённая игла под кожей. Старый адвокат, который когда-то работал на отца. Потом исчез — растворился, будто его и не было. А теперь… внезапно появился. За ней. — Что ты знаешь, старик? — прошептал Марк, сжимая окровавленную ладонь. Раны от осколков горели, но боль была приятной — напоминанием, что он еще жив, еще в игре. И вдруг… Догадка. Резкая, как удар ножом между рёбер. "Она не просто так полезла в деревню". "Она ищет что-то. Что-то, что связано с отцом". Сердце забилось чаще. Если это правда… если там есть хоть что-то… Он рванулся назад, в кабинет, схватил телефон. — Паш, смени задание. — голос был низким, хриплым. — В деревне сначала обыщите дом. Ищите любые документы. Письма. Фотки. Всё, что связано с её бабкой или с Демидовыми. — А её? Марк замер на секунду. — Всё равно везите. Но сначала — обыск. Он бросил трубку, даже не дожидаясь ответа. Если она что-то нашла… Если Рощин знает… Тогда это уже не просто месть. Это война. И он знал — в войне либо побеждают, либо умирают. Третьего не дано. Три часа ожидания прожгли нервы, как раскалённая проволока. Марк метался по кабинету, оставляя кровавые отпечатки пальцев на хрустальном графине с виски. За окном давно стемнело, и только неоновые отсветы городских огней мерцали в дымчатых стёклах, рисуя на стенах призрачные узоры. Телефонный звонок разрезал тишину, как нож. — Нашли кое-что. — голос Пашки звучал странно, будто он говорил сквозь стиснутые зубы. Марк ощутил, как по спине пробежал ледяной пот. Он медленно поднёс трубку к уху, чувствуя, как дрожат пальцы. — Что? — единственное слово вырвалось хриплым шёпотом. — Письмо. От её бабки. Там про... Пашка сделал паузу, и в этой тишине Марк услышал собственное сердцебиение. — Говори! — он ударил кулаком по столу, заставив подпрыгнуть бокалы на серебряном подносе. — Там про твоего отца. И её родителей. Будто их... ну... ты понял. Мир вокруг внезапно потерял чёткость. Пол ушёл из-под ног, оставив только пустоту в груди и оглушительный звон в ушах. Марк схватился за спинку кресла, чувствуя, как ногти впиваются в кожаную обивку. Не может быть. Отец... убийца? Перед глазами всплыло лицо Аркадия Демидова — холодное, высеченное из гранита, с теми же пронзительными глазами, что и у него самого. Человека, который учил его: "Сила — в контроле. Слабость — в сомнениях." — Врёшь. — голос Марка звучал чужим, будто кто-то другой говорил его устами. — Марк, я тебе фотку скинул. Читай сам. Телефон дрогнул в руке. Экран осветился синим светом, выхватывая из темноты его бледное лицо. Пальцы скользнули по стеклу, открывая изображение. Письмо Ольги Петровны. Пожелтевшая бумага, старомодный почерк, чернила, выцветшие от времени. Слова прыгали перед глазами: "Их убили". "Аркадий Демидов боялся, что твой отец расскажет". "Доказательства в архиве университета". Из горла вырвался смех — резкий, металлический, больше похожий на крик раненого зверя. Так не смеются. Так теряют последние остатки контроля. |