Книга Рыжая для палеонтолога, страница 31 – Светлана Синицына

К вечеру распогодилось, и косые лучи заходящего солнца играли в лужах и мокрых листьях клёнов. Женя несколько выпал из реальности, подставляя лицо солнцу и продолжая шагать по двору. Пару секунд спустя он понял, что за ним по узкой дорожке крадётся Фиат Пикап. Он притормозил и дождался, пока машина его немного обгонит.

— Молодой человек, ― Рита опустила стекло дверцы и сдвинула на нос круглые солнцезащитные очки, ― подвезти вас? ― на её алых губах играла едва заметная улыбка. ― А то вечером ходить по городу опасно: маньяк может напасть.

— Откуда мне знать, вдруг ты тоже маньячка? ― Женя старался сохранить спокойное выражение лица. Ему нравилась эта игра, нравилась удалая весёлость Маргариты, не покинувшая её после стольких лет.

— Пока не сядете, не узнаете, ― она призывно похлопала по сиденью рядом с собой. ― Ну же, Евгений Николаевич! Я не увезу тебя в глушь.

— А так хотелось, ― усмехнулся Женя и сел в машину.

До аэропорта они ехали молча, слушая «Синюю птицу» Машины Времени, да и пока он покупал билет, тоже. Женя беззастенчиво пялился на Маргариту, а она рассматривала сувениры в ближайшем ларьке. Поверх широкой вязаной кофты она накинула пуховую жилетку, а тапочки сменила на кроссовки. На улице было прохладно, в зале ожидания работал кондиционер, но Маргарита, кажется, совершенно не мёрзла, а сама излучала обжигающе-горячее тепло: её отросшие волосы прямо дышали огнём.

— Твой муж не будет против, что я подарил тебе розу? ― спросил Женя. Больше молчать он не мог.

— Чей муж? ― усмехнулась Рита. ― Я ― одинокая женщина-трудоголик. У меня даже кошки нет.

— Я бы хотел продолжить наши отношения, ― без обиняков произнёс Женя. ― Если хочешь, конечно.

— Даже не знаю, что и думать, ― медленно, словно подбирая слова, проговорила Рита. ― Много воды с тех пор утекло, ― она улыбнулась, и сердце Жени подпрыгнуло. ― Но. Но. Я хочу этого.

Женя прикрыл глаза и молча притянул к себе Маргариту, обхватив её за плечи. Он порывисто поцеловал её рыжие волосы, пахнувшие теперь каким-то дорогим шампунем. Рыжие люди счастливые: их поцеловал огонь ― так, кажется, говорили в сериале «Игра Престолов».

— Образ Гамаюна трактуется по-разному, ― тихо произнесла Рита. Она стояла, прижавшись к нему и обвив руками спину. ― Смерть и счастье. На раскопе я трактовала тебя как смерть. Теперь уже нет. Селфи на прощание? ― она вытащила из кармана жилетки айфон.

— Ты ещё губы уточкой сделай, ― поддел её Женя, глядя в объектив фронтальной камеры.

Маргарита засмеялась, словно перезвон колокольчиков, и он, как двадцать лет назад, почувствовал, как улетают в страхе призраки и прочая потусторонняя погань. Если бы сейчас ещё и спела напоследок, то он был бы совсем счастлив.

«Много хочешь, Лащенко, ― подумал Женя, отправляясь на регистрацию. ― Ты и так превысил все существующие лимиты удачи».

Они обменялись номерами телефонов, и Женя ждал момента, когда окажется дома и позвонит Маргарите, скажет, что вернулся домой. Теперь точно позвонит.

Наши дни

Маргарита напряжённо и безучастно смотрела через иллюминатор самолёта на огни тёмного города и нервно перебирала бледными пальцами бахрому синего платка с цветочным узором. По ней было видно, что ей тяжело и мучительно хочется курить. Женя чуть поморщился. Привычка Маргариты ему не очень-то импонировала.