Книга (не) Возможный союз бывших, страница 109 – Дарья Редьяр

— Я не хочу, чтобы нашу помолвку связывали с разогнанным балом. Это такое радостное событие... Пусть все веселятся. А я бы поспала, если ты не против.

Он аккуратно перехватывает мою руку, переворачивает ладонью вверх и целует запястье. Потом — нежно в шею. Я закрываю глаза, запоминая это мгновение. Вдруг оно последнее?

— Хорошо, любимая, — шепчет он. — Отдыхай.

Выждав пару минут после его ухода, я вскакиваю с кровати. Время подгоняет, хлещет по нервам, как кнут. Закрываю дверь изнутри на ключ и бросаюсь к шкафу, на ходу расшнуровывая корсет.

Я так и не сказала ему правду. Не рассказала про Алексис. Не призналась, что моя жизнь — это не только он и не только любовь, но и постоянный страх, и долги, и шантаж, и борьба за выживание.

Если он узнает... когда узнает... он возненавидит меня. За ложь. За недоверие. За то, что я не позволила ему помочь.

Но как я могла? Как я могла впустить его в этот кошмар, когда сама едва из него выбираюсь?

Стаскиваю с себя громоздкое платье, запихиваю его в шкаф, надеваю простое, похожее на одежду прислуги. Под низ натягиваю брюки для верховой езды, на плечи накидываю домашнюю шаль. Прежде чем ускользнуть, на всякий случай сооружаю на кровати силуэт из подушек и накрываю его одеялом.

Спальня располагается на втором этаже. Балкон, с которого можно спуститься вниз, выходит на главный фасад — значит, при таком количестве гостей незамеченной не улизнуть. Остается смертельный номер.

Захожу в ванную, гашу свет, чтобы не привлекать нежелательного внимания. Открываю окно, выходящее на боковую часть дома, и всматриваюсь в темноту внизу. По этой стене плетется плотным ковром девичий виноград.

“Ты справишься, — говорю я себе. — Ты делала это ради нее сотни раз. Справишься и сейчас”.

Аккуратно перекидываю ногу, нащупываю сапогом потолще лозу и начинаю спускаться. Все чувства напряжены и оголены до предела. Прислушиваюсь — и к звукам из окна, и к звукам внизу. Продолжаю выбирать, куда поставить ногу, где зацепиться рукой, полагаясь только на ощущения.

Где-то внизу раздается резкий мужской окрик. От неожиданности я теряю контроль всего на долю секунды — нога соскальзывает, и я лечу вниз по стене, отчаянно хватаясь за растение руками. Тонкие лозы обламываются, царапают руки до крови.

“Держись! — кричит внутренний голос.”

Наконец ухватившись за толстую лозу, я останавливаюсь буквально в полутора метрах от земли. С облегчением выдыхаю и поспешно спускаюсь вниз.

Но это только малая часть пути.

Стараясь держаться в тени деревьев у границы поместья, я следую к главной улице. Каждый шорох кажется погоней. Я молюсь, чтобы Джодэк не хватился меня раньше времени. Чтобы не пошел проверять, как я там. Чтобы не увидел пустую постель.

“Прости меня, — мысленно шепчу я. — Прости за эту ложь. Прости, что ухожу. Я вернусь. Обязательно вернусь. Если смогу”.

Едва вдали блещут огни фонарей, я накидываю на волосы шаль, опускаю голову и иду дальше, надеясь поймать извозчика. Приходится почти бежать к началу улицы, где располагаются менее дорогие особняки. Наконец на углу замечаю возницу.

Забираюсь в легкую повозку, расплачиваюсь больше положенного.

— На Вельветовую улицу, пожалуйста. Как можно быстрее.

Едва повозка останавливается у тетушкиного особняка, я быстро бегу внутрь.