Книга Счастливый удар, страница 40 – Ханна Коуэн

— Я знаю, что на программе мы пока не углублялись в претендентов этого года, но лучшее время – настоящее. Райан, твои первые мысли при взгляде на этот список?

Я приоткрываю левый глаз и смотрю на экран. Мужчины взрослые, лет за сорок. У одного коротко стриженные черные волосы и кустистая борода, а у второго блестящая лысина и льдисто-голубые глаза.

Камера фокусируется на лысом крупным планом, а рядом с его головой появляется длинный список из десяти фамилий. Первые пять выделены ярко-желтым.

Мои глаза расширяются, когда в верхней строке я вижу имя Оукли.

— Первые мысли? Это будет сложный год. Мастерство невероятное. Гонка будет напряженнее, чем в последние годы.

— Абсолютно. Знаете, я смотрю на этот список и не могу с уверенностью сказать, кто из этих игроков окажется на первом месте во время драфта. Сезон только начался, но за ними наблюдают уже несколько лет. За одним дольше, чем за остальными.

Лысый мужчина, Райан, смеется:

— Это слон в комнате, не так ли? Оукли Хаттон наконец-то вышел на драфт. Не буду врать, я немного нервничал по этому поводу.

Во мне просыпается любопытство. Внезапно Райана сменяет запись хоккейного матча. Я узнаю игрока на первом плане по цифре одиннадцать на свитере.

— Это последняя игра Оукли за «Пентиктон Сторм». Смотрите, как игроки окружают его и сражаются за шайбу, но он в мгновение ока ускользает от обоих и выводит товарища по команде на победный бросок в одно касание. Оукли уникальный нападающий.

— Я смотрел этот повтор сотни раз, и он всегда вызывает мурашки.

— У меня тоже, Маркус. – Райан машет кому-то за камерой. – Выведите запись домашнего стартового матча «Ванкувер Сэйнтс».

Я перекатываюсь на бок и подпираю голову рукой, глядя на смену кадров. На льду мельтешат черно-красные свитера «Сэйнтс». Камера следует за игроками. Я вижу, как Брейден получает удар сзади и падает на лед, и борюсь с желанием скривиться, когда Оукли хватает игрока, который нанес удар, и начинает его бить.

— Невзирая на то, что в юношеской лиге подобные драки не поощряются, не могу не восхититься одиннадцатым номером. Будь я сейчас генеральным менеджером, то смотрел бы на все, что Оукли может принести в команду. Он не только агрессивно проводит атаки, но не боится снять перчатки и защитить свою команду, – говорит Маркус как будто с восторгом. Я улыбаюсь этой мысли.

Когда ведущие начинают говорить про второй пункт списка, я ложусь обратно на спину. Не то чтобы мне не интересно, я просто не хочу фокусироваться на конкуренте Оукли.

Конечно, я знала, что Оукли хорош. Мэтт не скрывал, как упорно их тренер пытался убедить его подписать контракт с «Сэйнтс», но так открыто увидеть это по телевизору – совсем другое. Реальнее.

Теперь дружба с ним пугает еще больше, чем раньше.

Я гоню эту мысль прочь и закрываю глаза. Чем скорее я усну, тем быстрее пройдет похмелье.

* * *

Не знаю, сколько я проспала, но меня будит хлопок двери и голоса.

— Потише, Мо. Она может еще спать.

Это Мэтт.

— Если она еще не встала, чур, я вылью ей на голову ведро воды, – с энтузиазмом говорит Морган.

Я бью затекшей рукой по дивану.

— Никто не будет лить воду мне на голову.

— И она не спит.

Глубокий голос заставляет меня сесть и посмотреть на компанию через спинку дивана.

В руках Оукли огромный пакет из «Макдональдса», и у меня в животе громко урчит. Он улыбается и, сбросив обувь, садится ко мне на диван. Я убираю ноги, чтобы освободить ему место.