Книга Замерзшие сердца, страница 31 – Ханна Коуэн

Делаю предупредительный шаг в ее сторону. Грейси не двигается, только слегка округляет глаза.

— А ты умнее, чем я думал, принцесса.

Она сглатывает, приоткрывает рот, не издав ни единого звука.

— Что не так? – Вижу, как ее щеки окрашиваются в насыщенный розовый цвет. – Язык проглотила? – шепчу я ей на ухо и нежно берусь зубами за мочку, посылая по телу волну неистовой дрожи. Грейси, охваченная возбуждением, опускает голову мне на плечо. – Да, я сломлен. Но жалеть меня не надо. Я не нуждаюсь в сочувствии.

А потом отступаю, вынуждая ее отойти.

Когда Грейси наконец-то собирается с мыслями и хочет что-то ответить, я уже направляюсь к входной двери.

* * *

— Сегодня идем тусоваться. Чувак, ты всю неделю убиваешься – пора уже завязывать с этим дерьмом, – ругается Брейден, не оставляя мне шансов для возражений.

На улице стоит такая тишь, что кроме звона ключей, запирающих дверь спортзала, ничего больше не слышно.

Пока Брейден заталкивает связку в карман толстовки, я спешу докурить зажатую в зубах сигарету.

— Не в этот раз, – пытаюсь сопротивляться, догнав друга на тротуаре.

Мы останавливаемся рядом с тонированной «Хондой».

— Забавно, – смеется Брейден, – я что-то не припомню, чтобы давал тебе выбор.

Понимая, что отговорки бессмысленны, делаю последнюю затяжку, затаптываю сигарету ботинком и поворачиваюсь к нему с хмурым лицом:

— Рискну предположить, что мы идем не вдвоем.

Сигнал дистанционного запуска двигателя приглашает открыть пассажирскую дверь.

В маленьком салоне с красной отделкой стоит навязчивый запах дезодоранта, от которого хочется кашлять. Как и любой плейбой, не способный держать член в штанах дольше нескольких часов, его машина провоняла прошлыми завоеваниями. Хотя чему я удивляюсь? Брейден, как и многие парни, обожает красивых женщин.

Судя по мимолетному взгляду, брошенному в мою сторону, я не ошибаюсь. Только вот Брейден признаваться не думает и делает вид, будто я ничего не заметил.

В ответ на его молчание я строю недовольную гримасу.

— А что, ты против? – спрашивает он, вставляя ключ в замок зажигания и заводя двигатель.

Болезненный стон эхом разлетается по некогда тихому району.

— Ладно, Оукли все равно не придет.

— Еще как придет. Ава его заставит, – усмехается друг, украдкой взглянув в мою сторону. Спустя мгновение его глаза уже прикованы к дороге.

Первая капля дождя, упавшая на лобовое стекло, вызывает совместный возглас отчаяния. Вот уж чего этому городу точно не нужно, так это осадков: хотя водители почти весь год и ездят под ливнями, на мокрой дороге они теряют всякую сноровку и начинают двигаться либо на пятнадцать километров меньше разрешенной скорости, либо на пятнадцать больше. Чего-то среднего просто не существует.

— Ты правда думаешь, что он не захочет разбить мне череп о кирпичную стену? – удивляюсь я, не упустив из виду мимолетное сомнение. – Прошло всего несколько дней.

— Не захочет, если планирует вернуться домой. У него через два дня игра. Если он предпочитает спать с Авой в кровати, а не в гостиничном номере, тогда ему лучше найти с тобой общий язык, а не бить головой об стену.

С закрытыми глазами прислоняюсь к подголовнику:

— Он знает, что я приду?

— Знает. Я ему говорил, – заявляет хитрый гаденыш, лопаясь от гордости.