Книга Неожиданный удар, страница 24 – Ханна Коуэн

Купер едва знает своих дедушку с бабушкой, но я уверен, что это к лучшему. Не хочу давать им возможность причинить ему боль, когда они неизбежно обнаружат в нем или его действиях какой-нибудь изъян.

Они не скрывали своего разочарования, когда я, потеряв голову от страха и дрожа от дождя, привел к их порогу двухлетнего мальчика. Я не пошел бы к ним, не будь в таком ужасе после того, как Бет, мама Купера и моя бывшая подружка, разыскала меня в баре и призналась, что у меня есть ребенок, о существовании которого я не имел ни малейшего понятия. Но мама есть мама, и мне всего лишь хотелось обнять женщину, которая носила меня девять месяцев.

Вместо этого я получил часовую лекцию о том, как негативно мои действия могут отразиться на нашей семье и, что гораздо важнее, на их карьерах. Все это время я качал на руках спящего сына, о котором не знал еще час назад.

Могу с уверенностью сказать, что помощи от них не было никакой. Они ничего не знали о том, как быть родителями, и в последующие дни я ругал себя за то, что подумал, будто эти обстоятельства разбудят материнские инстинкты моей мамы. Сложно найти то, чего не существует.

И глядя сейчас на Купера, который не замечает, как растаявшее мороженое стекает по вафельному рожку и капает на его пляжные шорты, я не могу представить себя в другом месте, лишенным этих мгновений.

Я беру салфетку из лежащей между нами стопки и передаю ему. Он сверкает невинной белозубой улыбкой, вытирает шорты и быстро слизывает все растаявшее мороженое с рожка.

Мы оба пахнем солнцезащитным кремом и носим бейсболки «Варриорс», но его надета козырьком назад, как у крутого парня.

С тех пор, как мы пришли на пляж, я борюсь с желанием развернуть ее.

— Как кепка будет защищать твое лицо от солнца, если она задом наперед?

Купер закатывает глаза, с хрустом доедая остатки рожка. Зонтик, который я воткнул в песок, как только мы выбрали место на пляже, довольно хорошо защищает от солнца, но я предпочитаю перестраховаться. Не говоря уже о том, что Купер становится ужасно капризным, если приходится терпеть боль от солнечных ожогов.

— Не делай вид, что ты не носишь свою кепку задом наперед, папа.

Я постукиваю по козырьку своей бейсболки.

— Нет, на солнце не ношу.

— Я разверну свою, когда мы выйдем на солнце, ладно? – предлагает он, ему явно надоел этот разговор.

— Договорились.

В кармане пиликает телефон, и я вздыхаю от облегчения, когда вижу загоревшееся на экране сообщение.

Бет: «Я на месте».

Я: «Ищи зонт с синей морской звездой».

— Твоя мама приехала, – говорю я Куперу и убираю телефон обратно.

Он кивает, вытирая ладони о шорты с Железным Человеком. В его глазах легкая нерешительность, отчего у меня сосет под ложечкой.

Отношения Купера и Бет… хрупкие. А как иначе, если они не контактировали много лет, а сейчас их свидания ограничиваются разом в неделю?

Во время беременности Бет страдала биполярным расстройством, но надлежащий диагноз ей поставили, когда Куперу исполнилось два года, и она столкнулась с переломным маниакальным эпизодом. После этого девушка привезла его ко мне, попросив помощи, и не проходит и дня, чтобы я не был благодарен за это.

Вскоре после этого она легла в психиатрическую клинику, где два года лечилась, училась принимать свое прошлое и то, чего можно ожидать в будущем.