Книга Наши лучшие дни, страница 295 – Клэр Ломбардо

Мэрилин и Джиллиан – бок о бок рядом с рожающей Лизой; картина, непредставимая для Дэвида. Да как они вообще это выдержали? Дэвид кашлянул:

— Послушай, Лиза. Джиллиан по телефону мне сказала, что… В смысле, упомянула одно… один твой вопрос. Я сначала не хотел у тебя допытываться, а потом решил: нет, уточню все-таки…

— А я гадала: скажет она тебе или не скажет.

— Мне очень жаль, что ты допустила мысль… подозрение…

— Я пыталась отвлечься от своих проблем, – перебила Лиза. – Сама не знаю, чего ждала от Джиллиан. Подтверждения, наверно, что между тобой и мамой не все было идеально.

— Конечно, не все. И было, и остается.

— Тем не менее ваши отношения ближе к идеальным, чем чьи бы то ни было. А что до прошлого… Меня оно больше не интересует – с той самой минуты, как родилась моя Кит. Вообще не представляю, как могла считать важной всякую ерунду.

Малышка захныкала, зевнула и от души заехала дедушке в грудь крошечным кулачком. Дэвид улыбнулся:

— Послушай, Лиза, а что с Райаном? Он вообще…

— Мы перезваниваемся. В эти выходные он приедет взглянуть на дочь. Хочет быть рядом, но… Во-первых, нам обоим ясно: не следует торопить события. Потому что в Мичигане Райану неплохо. Новый врач выписал ему новые лекарства, и они, похоже, действуют. У него появились друзья, от них идет поддержка, которой от меня Райан не получал – из-за моей занятости на работе, из-за событий у нас в семье. Хорошо бы, конечно, ему жить где-нибудь поблизости. Но в целом мы должны привыкать к… к настоящему положению вещей. Что бы под «вещами» ни подразумевалось. В течение всего года мы оба были… не на высоте. – Лиза покраснела, но в подробности вдаваться не стала. – Нами еще многое не осмыслено до конца. А в целом… в целом Райан, кажется, в порядке. Впервые с тех пор, как… как мы переехали в Чикаго.

— Да бог с ним. Ты-то сама как? Это куда важнее.

Лиза пожала плечами:

— Я стараюсь не заглядывать в будущее. Живу одним днем. Точнее, перемещаюсь от одной сиюминутной задачи к другой. – Она поправила одеяльце Кит. – Иногда получается, иногда не очень.

— Умница моя. Вот она – мудрость материнства.

Лиза рассмеялась:

— Представляешь, только сейчас до меня дошло: я ведь еще не позиционировала себя как маму Кит – даже в мыслях.

— У тебя будет масса поводов.

Малышка дернулась – самую чуточку, только чтобы ближе приникнуть к Дэвиду, – совсем как много лет назад делала ее мама.

Еще на прошлой неделе он мчался в угнанном джипе по равнинам Запада, а сегодня предоставлен ее заботам – этот угловатый, ершистый юноша в новеньких кроссовках-хайтопах бренда «Converse». В машине оба молчали. Джона без всякого интереса смотрел в окно.

— Как дела в школе?

Задай она этот вопрос своим мальчикам – не знала бы, как их остановить. Потоком на нее изверглись бы новости о маленьких обидах и возмездиях, а также о мышках-песчанках из живого уголка, зачем-то нареченных в честь исторических личностей.

Джона просто пожал плечами:

— Химик тройку влепил.

— У меня тоже были неважные оценки по химии, – соврала Вайолет.

Джона не улыбнулся.

— А любимый предмет у тебя есть? Мама утверждает, ты большой книгочей.

— Да нет, средний.

Остановившись на светофоре, Вайолет выдохнула – как могла медленно. Вдруг до нее дошло: они сейчас возле парка, в который мама их водила, где они часами резвились на лужайке, бегали в догонялки со своим лабрадором Гете и с чужими ши-тцу, мопсами и хаски, гладили их, трепали за уши и холки, упиваясь собачьей снисходительностью. Из задумчивости Вайолет вывел писк поворотника.