Книга Призрак крепости Теней, страница 189 – T. C. Эйдж

Сесилия перевела взгляд направо, где у столика с напитками стоял Элион, одетый в сине-серебристые цвета Вандара.

— Да, я удостоилась такого удовольствия, – невозмутимо ответила женщина. – И, признаюсь, после пира я вас тоже видела, сэр Элион, хотя и издалека. В конце концов, вы были очень заняты осадой крепости.

Элион ответил на ее улыбку.

— Не совсем, миледи, – добродушно сказал он. – Пока что я не принимал участия в нападении. Мы проверяем оборону крепости и дальнобойность орудий расаланцев. Я для этого не нужен. Меня призовут, когда начнется настоящая осада.

— Что ж, тогда, полагаю, вы были заняты другими делами.

— Да, миледи. А именно освобождением невинных расаланских девушек из этого лагеря.

В воздухе повисло напряжение.

— Что ж, ясно. – Улыбка Сесилии застыла на губах, когда она снова обратила свое внимание на принца. – Зачем меня вызвали, Райлиан? Я не понимаю…

— Ты знаешь, зачем тебя вызвали, Сесилия, – перебил Райлиан. – Я пообещал лорду Парамору, что всем пленным девушкам-расаланкам в этом лагере будет предоставлена возможность уйти, не опасаясь преследования. Это вопрос чести, я обязан довести начатое до конца, и Элион поддерживает это дело с большим энтузиазмом.

— Разумеется. Меньшего я и не ожидала от наследника дома Дэйкар. – Леди Сесилия одарила Элиона очередной улыбкой, но в ее глазах читалось напряжение. – Однако я все еще не могу понять, зачем меня позвали, Райлиан.

— Не прикидывайся дурочкой. – Принц вскочил на ноги и раздраженно махнул рукой. – Вандарийцы требуют освободить девочек, иначе они откажутся от поддержки. Мне не нужно объяснять тебе, каким настойчивым может быть лорд Канабар. Он стар, упрям и скорбит о потере сына. Это делает мужчину несговорчивым, а моя работа – сглаживать любые трещины между нами и следить за тем, чтобы они не разрослись до пропасти.

— Ты написал об этом нашему отцу? – спросила Сесилия совершенно спокойно.

Взгляд Райлиана стал таким же жестким, как его кожаный камзол.

— Это не ему решать. Отец не командует этой армией, Сесилия. Ею командую я.

— Конечно. – Сесилия податливо склонила голову. – Я только хочу напомнить, что это была его инициатива, а не моя. Я всего лишь исполняю его волю, как и ты. Мы все живем, чтобы служить ему.

Райлиану это не понравилось. Элион заметил, как принц стиснул челюсти, а на его шее начала набухать и пульсировать вена.

— Отец стареет, и сейчас его здесь нет, Сесилия. Возможно, скоро я буду сидеть на троне, и первое, от чего я избавлюсь, это его затея с разведением Сталерожденных. Мне она никогда не нравилась, никогда… И, поверь мне, я ему об этом говорил. Не нужно прибегать к таким методам, чтобы пополнить наши ряды.

Сесилия стояла перед ним совершенно неподвижно, сложив ладони перед собой.

— Не мне об этом судить.

Райлиан коротко хмыкнул и повернулся к Элиону.

— Видишь, с чем мне приходится иметь дело, Элион? Мой отец весь Тукор держит на коротком поводке. И меня тоже.

— Я всегда считал, что вы следуете своим путем, милорд, – осторожно ответил Элион.

Райлиан издал лающий смешок.

— Хорошо сказано, Элион, и я с благодарностью приму твои слова. Я всегда считал, что хорошие сыновья и наследники обязаны поддерживать своих отцов, и я по большей части так и поступал. Эта война, например. Приятно ли мне убивать северян? Нравится ли мне осаждать их города, замки и крепости? Нет, конечно, и все же я согласен с тем, что Расалан нужно подчинить. Но в остальном… – Принц решительно покачал головой и посмотрел на Сесилию. – Целеустремленность отца достойна похвалы, сестра, и вполне соответствует традициям нашего дома, но с ним что-то не так. Он чем-то одержим. И не говори, что ты этого не видишь. Он не слушает никого и держится исключительно за собственные убеждения. Он возвел вокруг себя стену, сквозь которую я не могу пробиться. Клянусь богами, для этого понадобился бы Меч Варинара, и даже тогда – кто знает, что ты найдешь за этой стеной.