Книга Призрак крепости Теней, страница 276 – T. C. Эйдж

— Это правда. Лунные медведи – одиночки. Очень редкие и чрезвычайно агрессивные существа, склонные защищать свою территорию. Большинство Светорожденных, которые отваживаются отправиться на Гору Лунных медведей, чтобы попытаться приручить одного из них, никогда не возвращаются. Это удается лишь самым сильным. Чем крупнее зверь, тем опаснее задача. Чтобы просто решиться на такое, нужен определенный характер, мужество и твердость духа…

— Пэл Пэлек был бы очень рад это услышать, – прервал его Винсент Роуз, приглаживая спереди полы шелкового золотистого кафтана, свободно перехваченного на раздавшейся за последнее время талии клетчатым поясом. – Он сам Светорожденный высокого происхождения, и у него есть великолепный солнечный волк.

Ранульф нахмурился. Он знал много люмосийских и соласийских домов, но не был знаком с Пэлеками.

— Я полагаю, он из соласийского дома?

— Ты судишь по тому, какую чудесную компанию он собрал? – Винсент ухмыльнулся. – Какой ты чудак! Все не так однозначно, Ранульф. Думаешь, каждый люмосийский Светорожденный – добродетель во плоти, а каждый соласийский жаждет крови и войны? Тогда ты будешь удивлен, узнав, что Пэл Пэлек на самом деле является потомком Люмо. Твои убеждения сильно устарели.

По двору разнеслись хлопки, привлекшие внимание Ранульфа к широкому каменному входу в укрепление из песчаника. Там стоял мужчина средних лет и среднего роста, облаченный в витиеватый узор из красного, коричневого и золотистого шелка; на смуглом лице играла тусклая улыбка. Над губами у мужчины виднелись тонкие черные усики, а от самого основания подбородка ниспадала бородка, заплетенная в две косички и похожая на вилку с двумя острыми кончиками.

— Хорошо сказано, Винсент, – произнес Пэл Пэлек с сильным пайсекским акцентом. – Редко можно встретить северянина такой мудрости. Пойдемте, присоединяйтесь ко мне внутри, там прохладно. Я знаю, ты плохо переносишь жару. Мои люди позаботятся о том, чтобы всех разместили.

Когда слуги и стражники удалились, Винсент, Ранульф и Леши последовали за мужчиной в его крепость, пройдя через вход в зал с высоким потолком. Слева и справа располагались лестницы, ведущие на верхний и нижний уровни, а через распахнутые двери с внутреннего двора лился яркий свет. В центре зала возвышалась скульптура Лумары, изображавшая богиню в развевающихся одеждах верхом на огромном вставшем на дыбы медведе, держащую в руке сверкающий посох, одна половина которого была окрашена в золото, а другая – в серебро.

— Типичное изображение Лумары, – прошептал Ранульф Леши, когда мужчины в чешуйчатых кольчугах закрыли за ними двери. – Посох символизирует две ее стороны – Луну и Солнце, для последователей Люмо и Солы…

— А он говорливый. – Пэл Пэлек резко повернулся, обрывая его, с пугающе холодным выражением на лице. – Я так понимаю, вы Ранульф Шектон, ученый и исследователь, да?

Ранульф попытался улыбнуться и склонил голову.

— Да, сэр.

Светорожденный люмосиец оглядел его с головы до ног. Затем его взгляд упал на Леши, на клинок у ее бедра.

— Эта – Сталерожденная. Она из твоей стражи, Винсент?

— У нее много обязанностей, Пэл, – сказал торговец. – Не все из них мне по душе.

Леши замерла.

— Винни? Что ты имеешь в виду?

— Ты знаешь, что я имею в виду.