Книга Песнь Первого клинка, страница 291 – T. C. Эйдж

Дулиан нахмурился и покосился на молодого человека с темными, красновато-карими глазами. «Сын?» – подумал Литиан. Он знал, что у Дулиана был сын, Тетиан. Вскоре после его рождения Амрон лишил Дулиана возможности иметь других детей. «Это он?» Молодой мужчина явно подходил по возрасту – судя по всему, ему было чуть больше тридцати, – и в нем явно текла благородная кровь Эльдура, о чем красноречиво говорил и цвет глаз, и черные как смоль волосы.

Дулиан снова повернулся к Литиану. В его лице читалась неуверенность, будто он изо всех сил пытался вспомнить что-то, что другой человек припомнит без особого труда. «Или ему чего-то не рассказали? Может, даже обманули?» Литиан с тревогой оглядел фигуры, молча и торжественно возвышающиеся в тени. Тишина зловеще звенела у него в ушах, как предостережение.

— Меня попросили передать послание, – произнес он неожиданно для самого себя, просто чтобы прервать это гнетущее молчание. Он не был уверен, что тем самым не нарушил этикет, но заметил, как несколько фигур напряглись – из тени донеслись усмешки, сверкнули чьи-то глаза.

«Они явно не похожи на тех надушенных аристократов, с которыми я общался. Это настоящие хозяева страны. Они крутят колесо, они управляют всем».

— Ну так передавай, – ответил Дулиан. Он опустил руки к нижней челюсти дракона, служившей чем-то вроде подлокотников. Трон выглядел ужасно неудобно, но очень царственно, хотя Литиан не знал, какому именно зверю принадлежал этот череп. Говорили, что после гибели драконов из их тел изготавливали оружие, доспехи и другие предметы. В детстве у Литиана была любимая гончая, но он и представить не мог, чтобы из ее шкуры сделали, например, накидку.

Он откашлялся и начал подбирать слова, пытаясь поточнее сформулировать то, что просил передать Амрон.

— Мы не собираемся воевать с Агаратом или с какой-то другой страной на Юге, – сказал он. – Почти двадцать лет мы соблюдаем договор, который подписал ваш отец, и планируем соблюдать его и дальше. – Литиан замолчал и пристально посмотрел на короля. – Но если у вас появятся враждебные намерения, мы будем вынуждены ответить. В таком случае у нас не будет выбора, и мы задействуем все наши силы.

Он взглянул в глаза Дулиану и увидел, что они внезапно загорелись, заблестели алым.

— И это все, ради чего ты приехал? Чтобы сообщить мне то, что я и так знаю?

Литиан задумался. Что еще мог сказать ему король? Признаться, что они готовятся к войне? Что драконы все чаще прилетают с Крыльев? Что все больше Огнерожденных становятся всадниками? Ну разумеется, нет. Да и хотел ли он, чтобы король это сказал? После такого у них уже не было бы пути назад. Подтверди король все это – и домой им не вернуться.

— Так зачем ты здесь? – продолжил Дулиан. – Я знаю, ты собираешь сведения. Ты наблюдаешь за солдатами на улицах, за драконами в небе. Я знаю, кто ты, Литиан Линдар. Ты называешь себя ученым, рыцарем, и вот ты здесь – снуешь по моему городу, по моему дворцу, вынюхиваешь, впитываешь все, как губка, чтобы потом вернуться в Варинар и утолить жажду Амрона Дэйкара!

Его голос становился все громче, разносился по залу, и молодой мужчина, стоявший в стороне, не смог сдержать улыбку. Литиан это заметил. Тот улыбался гордо. Угрожающе. Он повернулся к своему королю и кивнул. На мгновение взгляд Дулиана затуманился, он нахмурился, но затем так же быстро пришел в себя, моргнул – и его взгляд снова стал ясным, как родниковая вода.