Книга Песнь Первого клинка, страница 319 – T. C. Эйдж

Их проводили в спальню, расположенную на верхнем этаже южной части замка. Из окна открывался великолепный вид на реку и поля. Рядом с камином постелили соломенный матрас для Шаски – большую кровать под пологом отвели Мэриан. На холодном каменном полу лежали толстые красные ковры, стены для тепла завесили плотной бурой тканью, а чтобы спастись от завывающего ветра, на единственном окошке можно было закрыть ставни.

Шаска присела на табурет и залюбовалась пейзажем. С западной стороны реки, на противоположном берегу, раскинулся густой лес. Там располагался Дубовый берег, город в дельте Развилки, которая неподалеку уже впадала в Братский пролив. К востоку от замка простирались бескрайние степи и болота, напитанные влагой от постоянных дождей. Там виднелись фермы и небольшие поселения, а на холмах возвышалась пара небольших крепостей – для тукоранцев эта местность явно не представляла ни интереса, ни особенной угрозы.

Служанка принесла еду. Она поставила поднос на стол и зажгла свечи, так как уже начало темнеть. Мэриан ушла поговорить с лордом Баклендом, оставив Шаску наедине с ее размышлениями.

— Вы будете есть у окна, миледи?

На столе стояли миска с горячим супом, тарелка с вареным картофелем и морковью, нарезанной кубиками, а также большой кусок говядины. К еде приготовили небольшую бутылку вина.

«Миледи, – подумала Шаска. – Наверное, она решила, что я благородного происхождения, раз сижу здесь, в этих покоях, в красивом сером плаще».

— Да, если можно, – ответила она.

Шаске инстинктивно хотелось все сделать самой, но она сдержалась, потому что Мэриан велела ей избавляться от старых привычек. Служанка поставила тарелку и миску на широкий подоконник и наполнила кубок вином.

— Вино хорошо подойдет к мясу, – сказала она. – Желаете еще что-нибудь?

Шаска отрицательно покачала головой, и служанка покинула комнату. Ощущение было новым, непривычным и вызывало легкое беспокойство. Вероятно, с этой служанкой обращались хорошо, но, глядя на таких девушек, Шаска все равно видела свое прошлое. Она все еще ощущала на теле жгучие удары кнута Модрика Кастора. Иногда она закрывала глаза и снова погружалась во тьму подземелий его крепости… Слышала, как крысы скребутся по камню, обгладывая кости тех, кто остался там гнить… Дрожала от холода, когда голодный желудок начинал пожирать сам себя. День за днем, без еды и света, а крысы подбирались все ближе… И приходили мысли: услышит ли следующий несчастный, которого бросят в эту темницу, как они пируют на ее костях?

Шаска стряхнула с себя воспоминания и сделала глоток вина, глядя на улицу, погруженную в сумрак. Хмурое небо на западе светилось грязно-оранжевым светом, лес тонул в тени, а прямо внизу темные фигуры, лошади и повозки, нагруженные вещами, все еще двигались по мосту, пересекая бурные воды.

Из большого зала внизу доносились музыка, смех и пение. Шаска улыбнулась, представив Ларка с лютней в центре компании и остальных, поющих что-то мимо нот. Подумала даже присоединиться к ним, но душа не лежала: ей нравилась их компания, но иногда все же хотелось побыть в одиночестве.

Шаска едва успела притронуться к еде, как в комнату вернулась Мэриан. Дверь возвестила о ее приходе заунывным скрипом. Шаска, похоже, совсем забылась – вынырнув из размышлений, она заметила, что за окном уже царила непроглядная тьма и… снег. Первый снег в этом году. Подоконник уже слегка запорошило. Шаска улыбнулась и повернулась к Мэриан.