Книга Песнь Первого клинка, страница 331 – T. C. Эйдж

Риккард, лорд Амадар, Веррин, Элион, Амрон – представители его рода прощались после остальных, как того требовал обычай. Они подходили к гробу, клали на него руки и что-то шептали. Последним к гробнице сына подошел Амрон. Он положил руки на гроб и едва слышно прошептал:

— Прощай, сынок. Прощай, мой мальчик. И прости меня за все, что я сделал.

Он отошел в сторону, и могильщики подняли каменную крышку гробницы. Она с грохотом и скрежетом встала на место, и все было кончено.

* * *

Тем же вечером семья и друзья Алерона собрались на прощальный пир в замке Дэйкар, и каждый пытался вспомнить радостные истории из жизни Алерона. В разгар ужина Веррин подошел к брату.

— Мы можем выйти на балкон, Амрон? Нам нужно поговорить.

Амрон кивнул, поднялся, взял костыль, и они вышли на свежий вечерний воздух. В руке у Веррина был кубок с темным вином – как раз для такого мрачного дня. Он сделал несколько глотков.

— Ты не пьешь, – заметил Веррин.

— Зато пьешь ты. Причем, много, – ответил Амрон.

— У меня на душе тяжело, брат. Тяжелее, чем я могу выразить словами. Ты произносишь тосты с водой? Мы пьем на поминках, чтобы развязать языки, чтобы рассказывать истории и петь песни.

— Хватит с меня выпивки. От нее я еще сильнее погружаюсь в тоску.

Веррин понимающе кивнул и нервно сглотнул. Амрон внимательно смотрел на брата, чувствуя, как сильно давит на него скорбь. С каждым днем это становилось все заметнее. Амрон замечал, как бледнела его кожа, как темнели круги под глазами.

— Я заметил, что при тебе сегодня не было Меча Варинара, – сказал Веррин, бросив взгляд на пояс Амрона. – Элион сказал, что ты оставил его на столе в каком-то пыльном коридоре западного крыла.

— Я больше не могу нести это бремя, Веррин. Пришло время передать его кому-то другому.

Он посмотрел на город, где уже начал падать легкий снег. «Холодает. Без него здесь холодает. Вандар проливал слезы, когда он пал, и вздрогнул, когда его положили в могилу».

— Я понимаю. – Веррин сделал паузу и отпил вино. В воздухе повисла напряженная тишина. – Король попросил меня взять командование на себя. Впереди война, и он хочет, чтобы рыцарями Варина руководил кто-то опытный, кто-то, на которого можно положиться. Он считает, что я подхожу для этого лучше всего. А что… что ты скажешь?

Амрон печально улыбнулся. «Неужели этого ты и добивался с самого начала, брат? – подумал он. – Неужели мой сын потерял жизнь, чтобы ты мог занять его место?»

Несмотря на мрачные мысли, Амрон сохранял спокойствие. Он уже обвинил леди Мелани без всяких на то оснований и не собирался повторять эту ошибку.

— Никто не справится с этим лучше, Веррин, – сказал он наконец и сразу увидел, как младший брат расслабил плечи. – У тебя есть опыт командования Серыми плащами, рыцари тебя уважают. Я уверен, ты станешь отличным Первым клинком. А кто займет твое место?

Веррин облегченно улыбнулся.

— Пока не знаю. Пенрит Олоран хочет, чтобы королевскую стражу возглавил один из его сыновей. Как думаешь, Киллиан сможет занять это место?

Амрон заглянул в зал. В зале для пиршеств было много скорбящих, но атмосфера становилась все радостнее, а мрачные мысли рассеивались. Киллиан как раз сейчас делился со всеми своей историей об Алероне.

— Киллиан определенно захочет отправиться на войну, – уверенно сказал Амрон. – Он относится к обязанностям ордена так же серьезно, как и все, кого я знаю. Ему неинтересно обхаживать короля.