Книга Под драконьей луной, страница 111 – Робин Слоун

— Ты впервые в университете? Подумай, что недуг, возможно, у тебя. Ты выглядишь довольно… плоско. Не хмурься. Я помню, какими видела ученых в первые дни здесь, и знаю, что ты не можешь видеть моих коллег, как я. В одном не сомневайся: изъян в тебе.

Она мило улыбнулась.

Ариэль не мог отвести от нее глаз. У него было ощущение фигуры, увиденной боковым зрением, да вот только Лаврентида сидела прямо перед ним. Ее облик ускользал.

Еще несколько ученых, привлеченных новыми голосами, подошли к их очагу. Они клубились, как облако тумана, и свет огня розовил их по краям.

— Расскажите нам о своем независимом проекте, – сказала Лаврентида.

Не успела Агассис ответить, Дурга выпалила:

— Мы ищем информацию о драконах!

— И о волшебнике по имени Мэлори, – добавил Ариэль.

— Реестр сообщает, что оба вопроса связаны с вашим университетом, – объяснила Агассис. – Я доверяю его указаниям, даже если их не понимаю.

Лаврентида задумалась; лицо ее стало размытым. Дурге она сказала:

— Я мало что знаю о драконах, хотя другие ученые могут быть более осведомлены.

Облако ученых заколыхалось и загудело. Ариэлю Лаврентида сказала:

— Я слышала о Мэлори-ученом. Да, в этом самом университете. Почему ты им интересуешься?

Они рассказали. Начал Ариэль. Он чересчур подробно описал свою жизнь в Соваже, а остальное скомкал, так что пришлось Дурге вмешаться и добавить существенные детали.

Наконец Агассис поведала, что́ они узнали в дата-центре: оба вопроса сходятся здесь, в Вирде.

— Поразительно. Мне давно следовало вновь посетить ваш дом тайн, коллега.

— Реестр не скрывает никаких тайн, – дружелюбно проверещала Агассис. – Только хранит подслушанное.

— Тогда позвольте мне повторить то же самое. Университет не скрывает никаких тайн. Про Мэлори больше всего знает одна ученая. Я отведу вас к ней!

Лаврентида провела их вирдскими улочками в университетскую библиотеку. Там сильно пахло морем – рукописи, увязанные в пухлые стопки, все были на зеленой бумаге из водорослей.

На полутемном втором этаже, за столом под маленьким окошком они нашли ту, кого искали.

— Моргана, – тихо приветствовала ее Лаврентида.

Если Лаврентида была фигурой с зыбкими очертаниями, то Моргана лишь призрачно угадывалась в воздухе – дрожащее марево рядом с заваленным столом.

— Моргана Самфира, – позвала Лаврентида чуть громче.

Длинными пальцами – их, казалось, было куда больше десяти – ученая перебирала стопку чертежей. Водорослевая бумага просвечивала, так что рисунки проступали сквозь верхнюю страницу.

— Моргана! – крикнула Лаврентида.

Ученая отчасти сгустилась. Ее очертания колыхались и плыли, но лицо проступило отчетливее. Точно можно было сказать, что она очень-очень стара.

— Ах! Извини, Лаврентида, извини, – встрепенулась Моргана. Голосок у нее был тонкий и чистый, а говорила она так, будто только что вернулась в поздний час после долгих блужданий по кружным дорогам. – Ушла в свои мысли, в трехзначные измерения!

— Моргана, тут зверская холодрыга, – заметила Лаврентида.

— О, я почти не замечаю… и возможно, холод побуждает глубже уходить в исследования! Подумай, Лаврентида… ты тоже порой не чувствуешь ничего вокруг.

Лаврентида представила гостей и объяснила, зачем они пришли.

Старуха закивала: