Книга Под драконьей луной, страница 139 – Робин Слоун

Пошел дождь, вода зарябила от капель.

— Мне потребовались годы, чтобы расшифровать ответ, – продолжал Мэлори. – Так оно всегда со Змией, если заныриваешь глубоко. Но когда я понял, все оказалось очень просто. И легко. Понимаешь, у драконов, при всем их могуществе и гениальности, есть в сердце одна слабость.

Наши догадки в Айгенграу оказались верны. В драконах имелась сюжетная замочная скважина, очень древняя, в которую можно вставить ключик – ключик из меча в камне и Владычицы Озера. (Другая владычица, другое озеро.)

— Змия сказала, если я изготовлю идеального принца, драконы отдадут за него что угодно.

Мэлори сел и стал натягивать сапоги. Рука по-прежнему кровоточила, и его бил озноб, но он все равно продолжал:

— Итак, я научился волшебству. Спроектировал инкубатор мифа – смиренный Соваж. Наконец, я сделал тебя. Ты разработан под особые условия. Замечал когда-нибудь, что почти не чувствуешь холода? Или что тебе не нужно много дышать?

— Замечал, – ответил Ариэль.

— Ты сконструирован по заданным драконами характеристикам. Я создал твое тело и пытался создать твою историю, хотя в этом потерпел крах. Теперь ты создал ее сам, за что тебе большое спасибо. В любом случае драконы ждут. Они хотят одного: служить тебе в их холодной безвоздушной цитадели.

Ариэль был создан для Луны.

Его мысли прихлынули темной волной. Он воображал себя королем замка и Луны, а может быть, и не только… Кей рядом с ним, доверенный военачальник… Змия Ингрид тоже с ним, его подруга… в каком смысле? В его фантазии все было смутно, и он оставил этот вопрос позади без уточнения…

Я изо всех сил пытался его высвободить, однако эта история вновь им завладела. Он выбрался из колодца на камни. Голый мальчик с мечом.

— Я пойду с тобой, – сказал Ариэль.

В раздевалке ждала Моргана Самфира. Она не удивилась при появлении Ариэля, и мальчик понял, что именно древняя ученая и вызвала волшебника. Вот кто был другом Мэлори в университете.

Если Ариэль почувствовал себя преданным или даже разозлился, он подавил это чувство: план Змии начал осуществляться, и требовалось играть свою роль.

Мэлори сел и перевязал свою рану, порвав на бинты какое-то невезучее полотенце.

Когда Моргана увидела меч, лицо ее разом просияло и затуманилось.

— Что это?

Ариэль показал меч:

— Он из колодца. Я ощутил прикосновение Змии.

Моргана медленно кивнула – туман, плывущий над холмами.

— В точности как я, давным-давно. Можно?..

Ариэль протянул ей меч. Она повертела его в руках, внимательно осмотрела клинок, огладила призрачными пальцами навершие рукояти. Затем подняла меч в воздух, и ее взгляд скользнул высоко, словно она стоит под огромным деревом и дивится на его раскидистые ветви.

— Это лишь четвертое такое сокровище за всю историю университета, – сказала Моргана, опуская меч. – Ты не согласишься оставить его здесь?

— Нет, – сказал Ариэль. – Я должен забрать меч с собой.

— Это не меч. – Моргана протянула его обратно, рукоятью вперед. Перламутровый клинок лежал плашмя на ее ладони; у меня возникло ощущение подарка, завернутого в папиросную бумагу. – Жаль, ты не видишь, как он выглядит по-настоящему, во всех измерениях, какие я могу различить. Он сделан из мысли, вырванной из разума Змии.