Книга Под драконьей луной, страница 50 – Робин Слоун

— Эй, ты! Чьей работы будешь?

Ариэль не сбавил шаг, но голос не унимался:

— Эй, ты! Мелкий! Уважь нас, пожалуйста.

Ариэль обернулся. У столика двое распивали амфору аква вариа: женщина со смоляно-черными перьями на голове и пухлый четверорукий мужчина. Одной рукой он размахивал в воздухе, другой держал стаканчик, остальные две лежали на непомерно огромном животе.

— Вы мне? – спросил Ариэль.

— Извини, – ответил четверорукий. – Я просто хотел сказать, что работа великолепная. Фантастически тонкая. Ты, конечно, простишь мне некоторый профессиональный интерес. – Он двумя руками указал на спутницу, та наклонила голову. – Мы волшебники.

Волшебники? Уж не союзники ли Мэлори? Ариэль пытался оценить этих двоих. По виду они были такие же милые и приятные, как и все, кто выпивал в ночной прохладе за соседними столиками.

Мальчик спросил осторожно:

— Что значит «вы волшебники»?

Четверорукий нетерпеливо взмахнул свободной рукой:

— Это значит… что мы волшебники. Ткачи плоти, кудесники мяса, вдыхатели жизненной силы. Или в ваших краях нас зовут как-то иначе?

— В моих краях есть только один волшебник, – ответил Ариэль. – Я не знаю, какие искусства он практикует.

— Ты лукавишь, ибо в тебе явственно видно его искусство! Однако я не узнаю твой знак. Кто тебя сделал? – Он, крутанув стакан, обратился к спутнице: – Спорю еще на кувшин, это очередной новоявленный зазнайка из Южной школы.

Женщина – перья венчали ее голову, словно лавровый венок, – иронически хмыкнула:

— Это не их эстетика. – Она поглядела на Ариэля, вернее не на него, а в него. Ее взгляд буравил ему кожу. – И… работа очень тонкая. Кто тебя сделал, юный сэр?

— Извините, но я не понимаю ваш вопрос, – ответил Ариэль. – Если вы спрашиваете про родителей, то я их не знаю.

Четверорукий подошел ближе и заглянул мальчику в лицо. У Ариэля от такого пристального осмотра зачесалось в носу.

— Ты права, – пропыхтел волшебник. – Работа мастерская. Нигде ни одного шва…

Женщина смотрела на мальчика все тем же пронзительным взглядом.

— Агриппа, – тихо сказала она, – он правда дитя.

Четверорукий недоверчиво повернулся к ней.

— Что?!

— Глянь… под глазами. Ты знаешь кого-нибудь, кто такое умеет? Я – нет. Возможно, волшебники Южной школы освоили какое-то новое искусство…

— Я не дитя, – огрызнулся Ариэль. – Мне двенадцать.

Агриппа, четверорукий мужчина, нахмурился:

— Хватит шутки шутить. Ты говоришь с волшебниками Агриппой и Хьюз – уж конечно, ты о нас слышал? Нет? Обидно. Если скажешь нам правду, я поставлю тебе кувшин аква вариа. Кто тебя сделал?

Ариэль ощетинился:

— Никто меня не сделал. Вы говорите с Ариэлем де ла Соважем из леса и замка Соваж. – Он помолчал. – То есть я раньше жил в лесу и замке, а теперь я в изгнании. Мне нужно найти тех, кто поможет мне сразиться с волшебником Мэлори…

— Мэлори! Вот что тут написано! – вскричал Агриппа, щелкнув пальцами на трех руках. Из стаканчика в четвертой выплеснулось немного аква вариа. Он повернулся к Хьюз. – Кто такой Мэлори?

— Я не слышала этого имени, – ответила волшебница. Она положила на стол раскрытую ладонь. Смоляно-черные перья браслетом обвивали ее запястье. – Дай мне твою руку, юный сэр.

Ариэль замялся.

— Мы не сделаем тебе ничего худого. Честно! – Она рассмеялась. – Мы просто завидуем тому, как ты хорош.