Онлайн книга «Голос Кьертании»
|
Но здесь, на непостижимой разумом высоте, они были властителями чудесной птицы, собранной из мёртвого и живого, и их лица, освещённые неярким светом валовой лампы, казались благородными, красивыми и отважными. — Нет, спасибо, – пробормотал Унельм. – Мне не спится. Я хотел выйти на смотровую палубу, если можно. Поглядеть… — Мы в паре часов лёта от Вуан-Фо, – сказал стоявший ближе к нему, молодой, с длинными волосами, заплетёнными в косу, и нашлёпками помощника на воротнике. – Внизу ничего не разглядеть. Но если хотите… Ступайте в хвост, на грузовую палубу. Сейчас только она и открыта. — И, скажу я вам, на ней холодно, как в Стуже, – добавил другой. – Долго не простоите. — Спасибо. Здесь для них он был не препаратором, механикёром, сотрудником отдела Олке… Прежде всего он был сопровождающим Химмельнов, путешествующим в составе их свиты. Может быть, всё же стоило напроситься в рубку, но он уже вышел в коридор, застёгивая куртку на ходу. — Тебе бы тоже пора на грузовую, – сказал один из паритеров другому у него за спиной. – Твоё дежурство. — Иду… дай только хлебну ещё немного – говорю, холодно там, как… И Матсон оттуда только ушёл. За пять минут – что может случиться? Унельм закатил глаза. Очарование паритерами рассеялось. Выход на грузовую палубу и в самом деле оказался открыт – и среди поставленных друг на друга тюков и свёртков и вправду было очень холодно. Именно поэтому грузы, содержащие в основном нейтрализованные препараты, отправленные на экспорт, перевозили здесь – проще, чем регулировать температуру в одном из внутренних отсеков. Грузы перевозились при каждом удобном случае; кроме того, Унельм знал, что паритель заполнен подарками императорской семье и двору Вуан-Фо. Он с большим трудом протиснулся между ящиками и тюками к позолоченной решётке, отделяющей его от бездны. С замиранием сердца он смотрел в чёрное небо, готовое, казалось, его проглотить. Все эти созвездия и в самом деле были чужими – в детстве Ульм увлёкся за компанию с Сортой и Гасси наблюдением за ночным небом и неплохо представлял себе контуры Охотника и Орма, Сетей и Ножа, Копейщицы и Двух Васок… Он не сумел найти ни одно из них; звёзды, крупные, яркие, складывались в неизведанные узоры, и их имена были ему незнакомы. Ярко-алые сигнальные огни подсвечивали борт, и Унельму стало не по себе – казалось, паритель объят пламенем. Но вскоре он привык. Пар поднимался от губ, ветер разметал волосы; Ульм пожалел, что не прихватил шапку, и поднял воротник куртки повыше. Палуба едва заметно покачивалась, крылья парителя двигались мерно, плавно. Глаза привыкали к темноте, и Ульму показалось, что он различает внизу смутные очертания – как будто вереница теней следовала за парителем. Может, птицы, совершающие перелёт над океаном? Не спуская с них глаз, Унельм заставил себя отойти от решётки и спрятаться за туго перетянутыми бечёвкой деревянными ящиками – по крайней мере, здесь он был немного защищён от ветра. Несмотря на его вой, Унельм расслышал тихие позвякивания. Интересно, что в ящиках? Может, эликсиры, драгоценные вытяжки из препаратов, лекарства – подарки правителям Вуан-Фо и их подданным? Унельм засунул руки поглубже в карманы. Нужно и в самом деле вернуться в каюту за шапкой и, может, перчатками, если он хочет побыть здесь подольше… |