Книга Сердце Стужи, страница 207 – Яна Летт

Я перемыла всю посуду, дважды протёрла полы, вычистила камин – всё это не уменьшило тревогу. Я не послушалась ястреба – и вряд ли для Строма послужит оправданием то, что я спасла ему жизнь.

Забастовка завершилась. Я вернулась в центр. Кропари и охотники, не покидавшие рабочих мест, посматривали на меня косо – а может, мне это только казалось.

В отсутствие Эрика мне приходилось участвовать в коллективных охотах в составе групп на слое Мира, и, кажется, наставник мог бы мной гордиться. Я была точной, собранной, быстрой. Здесь я не думала о косых взглядах или Строме. Здесь, как и всегда, не было места ничему, кроме Стужи.

Как ни странно, здоровье Строма меня не тревожило. Я так привыкла видеть его сильным, несгибаемым – казалось, всё ему нипочём – что даже такое долгое пребывание под опекой кропарей меня не смутило.

И в самом деле, когда очередным вечером – на город опускался необычайно яркий, оранжевый закат – входная дверь наконец открылась, и я безошибочно узнала звук его шагов, Стром выглядел точно так же, как всегда. Разве что заметная темнота под глазами выдавала, что ещё недавно он был нездоров.

Он был одет просто – на чёрном плаще больше не было знака Десяти, заключённого в круг. Я заметила, что кожа вокруг разъёма у него воспалилась, а следы от эликсиров на руках казались чернее обычного.

Не поздоровавшись со мной, он подбросил дров в камин и сел за стол. Я подошла, чтобы налить ему чай, и он поморщился, когда я случайно задела его руку своей.

Раньше меня бы это задело, но теперь я разозлилась.

— Я думала, ты будешь рад меня видеть.

— Я рад тебя видеть. И именно поэтому молчу. Ведь то, что я скажу, может тебе не понравиться, Хальсон.

Как я и думала – будто и не было Каделы, забастовки, смертного приговора, пещеры, поцелуев… с Эриком Стромом было не угадать, в какой момент придётся начинать всё заново.

— Я вся внимание.

— Уверена? Очень хорошо. – Он отставил чашку, и я заметила, что его пальцы подрагивают. Возможно, в Каделе ему досталось больше, чем я думала. – Ты нарушила приказ. Опять. А ведь я выражался предельно точно, Иде.

— Ты мог умереть…

— Это моё дело. Я знал риски, я принял решение…

— Это не только твоё дело! – Глупо было кричать, выходить из себя – с ним это всё равно никогда бы не сработало, – но слишком долго сдерживаемое напряжение вырвалось на волю, и я ничего не могла с ним поделать. – Это и моё дело. Мне не всё равно, что с тобой будет… В конце концов, как бы я нашла Сердце без тебя? Разве ты об этом не думал?

— Если бы ты попала в беду из-за вашей с Бартом идиотской затеи, ты бы определённо никогда его не нашла. Я, конечно, подозревал, что вы попытаетесь сделать что-то, сколько ни проси… Но уж, конечно, не ожидал, что это будет такая глупость.

— Это был твой собственный план.

— Я прекрасно знаю свой собственный план! – Стром редко повышал голос, и я вздрогнула. Заметив это, он заговорил тише. – Любой ход – бессмыслица, если сделать его не вовремя. То, что могло пойти во благо, не дало ничего.

— Ты жив. Ты на свободе. – Конечно, мне стоило рассказать ему о Биркере. Но я не рассказала – может быть, отчасти из желания убедить его в том, что наша забастовка, гибель Горре были не напрасны. Убедить его – или себя?

— Я и так был бы жив и на свободе.