Книга Сердце Стужи, страница 230 – Яна Летт

Призрачная, мерцающая фигура снова повернулась ко мне, и его рука потянулась к моему лицу, не касаясь, очертила щёку.

«Спасибо».

Больше он ничего не сказал.

Отвернувшись, плавно поднялся в воздух и опустился в полость. Ничего не произошло.

Быстро – кто знает, что могло оказаться сейчас опаснее, спешка или промедление – я подошла к стене и коснулась тёмного пятна. И тут же хоботок сосуда над нами дрогнул и ожил, всхлипнул, выпуская наружу упругую струю светящегося дравта.

Эрик вскрикнул, когда струя коснулась его, и моя рука дрогнула.

«Не отпускай».

Я повиновалась. Полость оказалась проницаемой – попадая в неё, дравт будто впитывался в стенки… Но медленнее, чем наполнял её. Если отпущу – вскоре полость опустеет. Но пока я продолжала удерживать пятно, «капсула» продолжала наполняться.

Эрик снова вскрикнул, а потом застонал, как от боли. Дравт, похожий на растворённые звёзды, покрывал его теперь почти целиком.

— Эрик! Ты в порядке?

«Да… Держи. Держи».

Руку свело, и дышать стало труднее, а потом голова закружилась, и я пошатнулась, будто что-то тяжёлое ударило меня под дых. Вдруг я увидела мир его глазами – капли света, летящие ему в лицо, потоки дравта, омывающие его призрачное тело.

Вот, значит, каково быть ястребом. Одновременно я была собой, вытянувшей вперёд сведённую судорогой руку, и им, лежащим в капсуле, заполненной напоённым светом дравтом.

Стужа говорила с ним.

Бессчётные смутные образы текли сквозь его сознание в моё.

Я увидела – почувствовала – мужчину и женщину, входящих в Стужу, их сплетённые тела, их страсть – а потом десятки десятков других мужчин и женщин, должных в разное время встретиться и соединиться друг с другом, чтобы однажды появился на свет один-единственный младенец.

Я увидела маленькие руки, тянущиеся навстречу яркому сиянию, услышала его лепет.

Увидела взрослого мужчину – ко мне спиной, лица не видно, но это без сомнения был Стром; я узнала его плечи, тёмные волосы. Мужчина – не призрачная тень – вошёл сюда, в пространство Сердца, расслабленной походкой, какую я видела у Эрика только дома – не в Стуже, лёг в капсулу… Где – не где, когда – это было или будет?

Руку дёрнуло болью, и я стиснула зубы, нажала на пятно сильнее.

«Держи».

Я увидела, как в эту же капсулу раз за разом ложатся другие, выглядевшие как люди, но – я чувствовала это так ясно, будто знала наверняка – людьми они не были.

Дьяволы?

Я чувствовала их мысли, их недобрые желания, их силу. Чувствовала, какими могучими и древними они были. Они приходили сюда уже сотни лет, и сотни лет для них наполнял полости Сердца дравт, пело свои песни звёздное, непонятное мне сияние.

Пятно сопротивлялось.

Сквозь мысли Строма, сквозь слои Мира и Души, неясные образы, пронзающие мой рассудок, я смутно подумала, что руку мою сводит неспроста.

Я прикусила губу – по подбородку скатилась капелька крови.

«Держи. Я должен увидеть…»

Я вскрикнула, потому что новые образы, явившиеся Эрику Строму, а вслед за ним и мне, были слишком сложны, чтобы человеческий разум мог их постичь.

Вереницы судеб и предназначений, разветвившиеся вероятности, пронизывающие всех, живущих в Кьертании, соединения многих и многих жизней… На одно бесконечно долгое мгновение я увидела их все, а после услышала пронзительный, нечеловеческий крик и не сразу поняла, что кричу я сама.