Книга Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник, страница 472 – Андрей Посняков

Вытащив шпагу, Уваров жестом подозвал капралов:

— Рассредоточиться! Заря-жай!

Полковник и Вейно подобрались к скиту ближе. Все казалось безмятежно-спокойным, каким-то даже и нежилым. Скакали по частоколу птицы, прошмыгнул по поляне заяц, скрылся в кустах. Незапертые, раскачанные порывом ветра ворота жалобно скрипнули.

Громов обернулся:

— Ну что, парни? Пошли!

Поручик действовал грамотно – скит вначале окружили, а уж затем ринулись в атаку – прямо через незапертые ворота, с выстрелами для устрашения и громовым «ура!».

— Нет никого! – выскочил из избенки обескураженный капрал Евсеев. – А ведь были, и недавно. Дня три-четыре назад. И каша к котелку припеклась, и хлебушек черствый под столом валяется. Были! Но ушли.

— Видать, предупредил кто-то, – Уваров, подойдя ближе, потряс саблею. – Вона, что нашел! В амбаре таких много – с пару дюжин точно. И фузеи, и пистолеты есть!

— Да-а… – протянул Евсеев. – Хороши старцы, неча сказать!

— Абордажная сабля, – полковник щелкнул ногтем по широкому клинку. – На корабле как-то такие уместны куда более, нежели здесь, в лесу…

— Такие же мы… у пушкарского обоза находили! – вскинулся, вспомнил поручик. – Что же, в этом скиту-то – свей хоронились? Так, стало быть?

— Похоже, что так, Иване, – согласно кивнул Андрей. – Эх, жаль, упустили мы их. Жаль, упустили!

— Так раскольница та, Василина, должна же что-нибудь знать!

— Вряд ли много. Свей не дураки, чай.

Поручик с досадою сплюнул:

— А, может, погоню?

— И куда? – невесело рассмеялся Громов. – Если бы по горячим следам, а так… У беглецов – сто дорог. На Вологду могли уйти, в Архангельск – вокруг Онеги-озера… А могли и через посад Тихвинский – на Питербурх двинуть.

— Я бы на их месте отсиделся сперва, – высказал дельную мысль Евсеев. – Подождал, покуда поутихнет всё. Тут есть, где отсидеться.

Андрей согласно качнул головою и призадумался. И впрямь, зачем шпионам поспешно бежать в Щвецию, когда непобедимая армии короля Карла уже под Минском… а, может, еще и дальше? Еще немного, вот-вот, и Россия падет, армия капитулирует, дай-то бог, чтоб на более-менее приемлемых условиях. Так многие тогда считали, включая самого царя Петра. Вот и шпионы эти – чего и бояться-то? До осени продержаться, а там… там и свои подойдут, и Питербурх, и Тихвин – шведскими станут. Так что вряд ли пути-дорожки перекрывать стоит – затаятся соглядатаи свейские, отсидятся, переждут. Сыщешь их в глухомани непроходимой, как же! Одна ниточка, пожалуй, и осталась… нет, две – человек со шрамом и контрабандисты Алферия Самсонова! Вот тут-то и может удача прийти… коли постараться зело.

— Осмотрите все тщательно, – махнул рукой Громов. – Да с обеда сворачиваемся. Уходим. А Василину-книжницу все же в обиход возьмем… допросим.

— Ну что? – сидевший в седле человек с бритым крючконосым лицом с обширной лысиной выругался по-шведски и обернулся на следующего за ним Глота. – Скоро там твой Кузьминский тракт?

— Уже скоро, гере оверст! – качнув головою, заверил Глот. – Ночку переночуем, а к обеду, даст Бог, и будем уже. Места там глухие, но, с другой стороны – и проезжие, правда, кучпины не так чтобы часто, но проезжают, так что в чужих ничего такого необычного нет. Тем более, гере оверст, людишки там верные. В свое время я их от виселицы да от плахи спас.