Онлайн книга «Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж»
|
— Да никакой не секрет, – Иоганн пожал плечами. – Всего-то десять флоринов. Егор подумал, что слышался: — Десять?!!! — Торговец-то просил дюжину, да я сторговал до десятки. — Умный ты у нас… — Вы только взгляните, сколько на ней золотой краски! — Краски? – князь хлопнул в ладоши. – Да тут и без краски, я бы сказал, есть на что посмотреть… верно, Альма? Смотрю, ты глаз не сводишь. — Красота какая! – с неким оттенком зависти негромко произнесла девчонка. – Блестит все… ах! — Ну, вот, – подросток довольно улыбнулся и тряхнул челкой. – А вы говорите – десять флоринов! — За такую красоту и дюжину не жалко отдать, – шмыгнув носом, Альма взяла парнишку за руку и, хитро прищурившись, попросила: – А можно я буду иногда у тебя эту картинку смотреть? Даже не брать никуда, а вот с тобой, вместе? — Конечно, можно, – великодушно согласился Иоганн. – Мы же с тобой – как брат и сестра. — Ой, и правда, – девчонка рассмеялась и, обняв юного жонглера за плечи, чмокнула в губы. Вожников только головой покачал – вот она, волшебная сила искусства – да, чуть выждав, спросил: — Так ты, говоришь, помнишь, у кого денежку занимал? — Помню. Что же я, совсем без памяти? – Иоганн обиженно шмыгнул носом. – Правда, не знаю, как торговца зовут, но где он торгует – знаю, и показать могу. А зачем тебе это, Георг? — Надо, – не вдаваясь в подробные объяснения, кратко пояснил молодой человек. – Так пошли, покажешь. А они тут пока поляну накроют… — Э… какую поляну, Георг? — На стол соберут, – Егор живенько накинул на плечи добротный зеленый плащ – хоть и солнечно за окном, а уже не лето – вот-вот и октябрь. – Ну, идем же! — Надо так надо, – кивнув, согласился парень. – Картинку только вот сейчас уберу – и идем. Да недалеко тут. Меняла, у которого юный жонглер занимал деньги, вовсе не маячил с весами на рынке, а скромненько торговал себе в лавке всякой скобяной мелочью – хомутами, подковами, дверными ручками, и визиту двух «достойнейших молодых людей» ничуть не удивился, хотя князь сразу с порога заявил, что вовсе не собирается здесь ничего покупать. — Так вы, верно, хотите занять денег? – догадливо улыбнулся лавочник – невысокий, юркий, в смешной круглой шапке и с узким лицом, выглядел он довольно забавно, тем более – беспрерывно сыпал любезностями и время от времени кланялся… Однако глаза… глаза оставались холодными, подозрительными и такими… такими… в общем, не глаза, а экран игрального автомата! — Что вы говорите? Случайно отдали амулет… ай-ай-ай… печально. И что за амулет? Старинный константинопольский солид? Действительно, монета редкая… Поискать? Что ж… наверное, это возможно. Эй, Бруно! Хлопнув в ладоши, ростовщик вызвал из глубины лавки мальчика в кургузой бархатной куртке, темненький, с грустными карими глазами. — Постой-ка у дверей, парень… Так вы… — Да-да, мы готовы заплатить, и неплохо… — Хм… – лавочник задумался. – Я, конечно, поищу… Но, возможно, придется подождать… до вечера. — Это аванс, – отсчитав деньги, Егор расстроенно покачал головой. – Вечером нам некогда будет. Вот если бы вы прислали своего мальчика с вестью – мы бы знали, приходить утром или, увы, нет. — Хорошо, пришлю, – тут же уверил торговец. – Говорите – куда, я слушаю. Ближе к вечеру жонглеры, как и договаривались, устроили прощальный пир, где много было съедено разных изысканных вкусностей, типа паштета из соловьиных язычков или фаршированных белыми грибами воробьев, тушенных в белом вине с шалфеем. Еще больше пили, уж от души: Вожников сильно подозревал, что вот так просто расслабиться среди родных людей ему еще очень долго не светит! А потому не стеснялся, хлебал белое вино кружками, а красное прихлебывал из тонкого, венецианского стекла, бокала. |