Книга Довмонт: Неистовый князь. Князь-меч. Князь-щит, страница 248 – Андрей Посняков

Парнишка презрительно молчал. Даже отвернулся.

— Сейчас мы будем тебя пытать, – злобно ощерился Косорыл. – Дурень! Ну, как есть – дурень.

Боярин Федор Скарабей, как всегда, изысканно одетый и очень красивый лицом и фигурой, повернулся к Довмонту, предложив помощь одного своего человечка, знающего толк в пыточном деле.

— Не надо, – угрюмо отказался князь. – Некогда нам тут, с пытками. Сожжем мы эту деревуху ко всем чертям!

Псковский оборонитель произнес эту фразу по-русски, но упрямый мальчишка ее, похоже, хорошо понял. Побледнел и, наконец, соизволил раскрыть уста:

— Мы не воюем. Мы – мирные. А пленные у нас были. Их дальше, к Ревелю повели.

— Точно в Ревель? – грозно нахмурился князь. – Не путаешь?

— В Ревель, да, – отрок повел плечом. – Так говорили ратники. А уж какой они дорогой пойдут – то я не ведаю.

— Пора, князь, – нетерпеливо промолвил Козьма Косорыл. – Увидят нас скоро, как пить дать, увидят. Больше ждать невместно. А тут вон много всего!

— Слушай мою команду! – вскочив в седло, Довмонт приподнялся на стременах. – Моя дружина и воины Гюряты Степаныча атакуют деревню. Федор, останетесь с отрядом здесь – прикрывать, буде из замка подмогу вышлют. Козьма! Ты со своими – пожжешь к черту все корабли!

— Сделаем, княже, – в ответ усмехнулся боярин. – Сла-адим.

— Тогда вперед!

— А с этим что делать? – наклонившись в седле, верный Гинтарс схватил за шиворот пленника.

— А что хочешь, – отмахнулся князь. – Нам он больше без надобности.

Дав коню шенкелей, верный оруженосец все так же за шиворот оттащил отрока к лесу и, швырнув в снег, погрозил кулаком:

— Смотри у меня, еще попадись только!

Сказал, поворотил коня и, поднимая снежную пыль, пустился догонять князя.

Уехал, а пленник остался. Поднялся на ноги, размазывая по щекам злые слезы, да бросился в лес… Отрок понимал – селение ему не пасти, не успеть просто. Но можно добраться до замка и позвать на подмогу отряд! Да! Так и сделать. Скорей…

Сын местного охотника, парень знал в этом лесу все тайные тропки. По ним и побежал в замок, далеко обходя оставленный в засаде отряд. Надеялся, что стражники его помнят – не так давно они с отцом привозили оброк. Ноги скользили в снегу, глаза застилали слезы – было жалко убитого отца, вообще – всех своих. Только бы кнехты не взяли его на стрелу! Не приняли бы за лазутчика. Не должны, сам комтур, господин Юхан Лундстрем его знает, отец как-то показывал ему охотничьи места.

Вот уже и ров! И мост, и ворота… и летящие вослед русские стрелы! Не попали – уже было слишком далеко.

— Эй, кто таков? – грозно окликнули сверху.

— Я Томас! Сын охотника Ларга. Мой отец…

Стражники и правда узнали. Только ворота не распахнули, не опустили подъемный мостик. Просто сбросили со стены веревку – лезь!

Томас и полез – что ему? Вмиг оказался за частоколом. Завидев комтура, упал на колени:

— Господин Лундстрем! Там русские! Они сейчас сожгут селение и корабли. Надо поскорее выслать отряд!

— Отряд, говоришь? – комтур насмешливо прищурился. Длинный синий плащ его напомнил отроку безбрежное море. – Ты полагаешь, стоит отдать отряд на растерзание русским? А я вот так не считаю!

— Но, господин комтур…

Щелкнув пальцами, рыцарь обернулся к воинам. В синих глазах его вспыхнул благородный гнев, седоватая борода дернулась;