Онлайн книга «Новая жизнь»
|
Иван Павлович, прижав к лицу рукав, пробрался к нужной палате. За дверью, едва различимый — хриплый кашель. Живой! Доктор влетел внутрь, схватил парня за руку. Одеяло, халат — всё пылало вокруг. — Уходим! Лешка хотел что-то ответить, но лишь закашлялся. Не до разговоров! Все потом! Доктор повернулся, сделал шаг… и сверху со скрежетом сорвалась балка. Раздался глухой удар. Пыль, сажа и языки огня окутали помещение… Жители села бросились к выходу — но там уже было только пламя. — Доктор! — заорал кто-то в отчаянии. Но в огне не было ответа. Глава 15 Пламя трубно гудело, опаляя ресницы. — Иван Палыч! Иван Палыч! — перекрикивая этот гул, зарычал Лешка. — Живы? — Жив, — кивнул доктор, глядя на балку, которая упала у самых его ног. А ведь еще мгновение — и голову бы размозжила. Как цел остался? Удача. Вновь умирать не хотелось, от того и стоял Иван Павлович сейчас молча, не в силах поверить, что чудом спасся. — Доктор! Уходим! — уже тряс Лешка. — Сгорим же ведь! — Да… пошли… Пробежали по коридору так быстро, как никогда не бегали — за один вздох, потому что больше дышать уже было невмоготу. Выскочили на улицу. И вот — свежий воздух. Вокруг радостно закричали люди, кто-то подхватил Лешку из рук доктора. Окатили обоих холодной водой. Стало легче. — Доктор! И тут доктором остался! Спас человека! — воскликнул кто-то. Чьи-то руки принялись похлопывать по плечу. — Больницу… тушите… — с трудом восстанавливая дыхание, ответил тот. Наконец, общим усилиями задавили огонь. Потерявший силу пожар шипел по-змеиному, исходил черным дымом. — Х-ху-у… — немного придя в себя, Иван Палыч вытер пот рукавом. — Никто не пострадал? Все здесь? Аристотель… Где Аристотель? — Да вон он, в окне! — показал Сергей Сергеич. — Господи… Что ж в крови-то? И впрямь, все лицо молодого Субботина было залито кровью. — А ну, в смотровую, живо! — Да какая смотровая? — улыбнулся кто-то. — В саже все! — Да ништо… — отмахнулся Аристотель. — Стеклом лоб задело… Ништо-о… — Иди, кому сказано? Перевязав Аристотеля, доктор, наконец, перевел дух: — Ну, спасибо! Вовремя ты… И как только… — В город мать отвозил, — улыбнулся Субботин. — Отец, вишь, в уезд уехал. Так я пока его нет… Там — на вокзал, и на поезд. У матушки сестрица в Ярославле. А с нашей станции — глаз лишних много. — А-а! — вспомнил Иван Палыч. — Это ж вы на городской пролетке сегодня ехали? — Мы… — парень неожиданно улыбнулся. — Викентий, телеграфист, подсказал — фальшивую телеграмму. Мол, сестрица у матушки при смерти. Ну, та, что в Ярославле. Отец был бы дома — все одно бы не отпустил. А так, вишь, сладилось. — Все равно… Попадет тебе! — А я утренним — в город… А там… Да, кстати! — Аристотель шлепнул себя по лбу, словно что-то вспомнив. — Знаешь, Иван Палыч, я парней на станции встретил… Ну, когда сюда… Двое — городские, не наши. А третий — наш. Якимка Гвоздиков. Недалеко, в Липках, живет. Стояли, поезда ждали… И пахло от них керосином! А Якимка, как меня увидал — за фонарный столб спрятался. Вот я сейчас и думаю — к чему бы это? «Да, действительно, к чему бы?» — невольно сжал кулаки Артем. * * * Утро после пожара в Зарном было хмурым, с низкими тучами, предвещающими осенний промозглый дождь. «Вчера его не хватало, будь он неладен!» — хмуро подумал Артем, оглядывая больницу. |