Книга Земский докторъ. Том 5. Красная земля, страница 105 – Андрей Посняков, Тим Волков

«Кто они? — соображал доктор, перезаряжая наган. — Рябинин? Нет, слишком много их… Он один работает, с подельниками, но не с таким отрядом. Дезертиры? Остатки белых? Или Викжель саботаж устроил? Эти могли».

В его голове вихрем проносились мысли. Полтора пуда морфина — это тебе не «зеленка» и не валерьянка. Это целое состояние на черном рынке. В Петрограде или Москве за такой груз можно было выручить десятки, а то и сотни тысяч рублей, особенно сейчас, когда аптеки пусты, а наркоманы готовы платить золотом.

Но и Семашко списывать со счетов не стоит… Его смерть могла бы стать ударом для большевиков — будущий наркомздрав, правая рука Ленина по медицине. Убить его на глазах уезда — это сигнал, что новая власть слаба. Или и то, и другое? Груз и политика?

Нельзя планам бандитов осуществиться! Никак нельзя!

Пуля влетела в вагон, пробив перегородку в дюйме от головы доктора. Он выругался, прицелился и выстрелил снова — один из всадников, низкорослый, в фуражке, выронил винтовку и схватился за плечо.

Остальные не отставали, держась ближе к лесу, чтобы укрыться от огня. Их кони шли наравне с поездом, а выстрелы становились точнее. Охранник у соседнего окна вскрикнул, пуля попала ему в руку, винтовка выпала на пол.

— Иван Палыч, патроны! — крикнул другой охранник, молодой парень с трясущимися руками. Доктор метнулся к ящику под сиденьем, где хранились запасные обоймы, и кинул ему пачку.

— Держись! — рявкнул он, возвращаясь к окну. — Новый Ключ близко?

— Версты три еще! — отозвался Пронин, стреляя из револьвера. — Если Субботин людей прислал, то, может, встретим подмогу!

— Николай Александрович, держитесь за мной! — крикнул доктор, перезаряжая наган. — Да не высовывайтесь вы к окну!

Семашко кивнул. Он сжал в руке портфель с бумагами, словно это могло его защитить.

Очередной выстрел пробил обшивку, задев потолок. Щепки посыпались на пол. Бандиты, осмелев, приблизились — теперь доктор видел их лица: заросшие, в шинелях, явно не новых, но и не рваных. Один, с черной бородой, кричал что-то, размахивая саблей. Похоже, он был за главного. Иван Палыч прицелился, но в этот момент поезд дернулся, и пуля ушла в воздух.

— Черт, держат дистанцию! Хитрят, — выругался Пронин. — Если они пути впереди разобрали, нам конец!

Иван Палыч бросил взгляд на лес. Всадники маневрировали, уходя от огня, но не отступали. Эх, сложно будет их победить. Вот если бы подмога…

Подмога пришла откуда не ждали.

Вдруг из-за леска, с противоположной стороны путей, раздался новый топот копыт. Иван Палыч замер, ожидая подкрепления бандитов, но вместо этого из-за деревьев вылетели двое всадников — знакомые фигуры в поношенных шинелях, с охотничьими ружьями наперевес. Лаврентьев и Деньков! Бывший пристав и урядник с суровыми лицами гнали лошадей во весь опор, держась ближе к поезду.

— Пётр Николаевич! — крикнул Пронин, высунувшись из окна. — Сюда, к вагону!

Лаврентьев махнул рукой, давая понять, что услышал. Его конь, серый в яблоках, рванул вперед, обгоняя поезд. Деньков держался чуть позади, стреляя из двустволки. Один из бандитов, задетый зарядом дроби, выронил винтовку и свалился с лошади, но остальные тут же перегруппировались, открыв огонь по новым противникам.

— Откуда они? — прохрипел Семашко, выглядывая из-за сиденья.