Онлайн книга «Земский докторъ. Том 5. Красная земля»
|
— Интересно, какие у него шаги? — промолвил Роман Романыч. — Такие, как у тебя? Или — длиннее… короче? — Такие же, — отозвался селянин. — Роста-то мы одинакового… Двадцать! Все. сворачиваем… И где тут Северная звезда? Иван Палыч посмотрел в небо: — Вот — Большая Медведица… мысленно проводим линию… Вот! Пошли… Под ногами хрустели какие-то сучки и шишки, еловые ветки так и норовили ударить в глаза. Вот совсем рядом вспорхнула какая-то ночная птица… полетела, заухала утробно… — Черт, филин! — выругался Родион. — Напугал, гад… — Тихо! — доктор вдруг насторожился. — Слышите? Вон там, впереди… Что это за звук? Вроде как скрипит что-то… — Уключины! — дернулся Родион. — На лодке кто-то плывет… Река! Вон она… — Так, ребята! Минное поле закончилась… — Иван Палыч напряженно прислушался. — Да, вот уже и река… Ага! Идет кто-то! Давайте-ка в кусточки свернем… Не нравятся что-то мне эти ночные лодочники. Свет керосинового фонаря желтыми сполохами полыхнул за кустами. Послышались голоса. На тропу вышли двое… — А сейчас — четко за мной, Николай Николаевич! — Да помню, Михаил, помню. Здорово вы — с фугасами. Вот завтра и пригодятся! — Думаете… — Да! Всех. Место злое — не надо, чтоб знали… — Там же брат мой! Больной… Я доктора нашел! — Доктора? — оживился Николай Николаевич. — Что еще за доктор? О-чень хочется на него взглянуть! — Придем — взглянете. А потом я его… Хотя — как брат… — Так! Стоп, Николай Николаевич! Говорю же — след в след… Луч фонаря выхватил из темноты худую фигуру в шляпе и куцем английском пальто. Мать честная! Худое обветренное лицо с плохо выбритым подбородком, очки… Рябинин! Собственной персоной — Рябинин! Ишь ты — Николай Николаевич, ага… Перебросившись парой фраз, махинаторы скрылись в лесу… — Лодка! — обрадовано шепнул Роман Романыч. — Поплывем, эх. Родион первый спустился к реке: — Вон она! А вот и весла… Господи, как же нам повезло! Глава 12 Лодка была старой, скрипучей, и сразу же начала набирать воды. Роман Романыч тут же принялся вычерпывать ее старым, дырявым башмаком, который валялся на дне. — Вон там, дырка! — шепнул Родион. — Заткни ее! Роман Романыч нашел пробоину, заткнул ее рукой. — Готово! Уходим! Родион уперся веслом в илистый берег, напрягся. Лодка с противным чваканьем отчалила и сразу же была подхвачена быстрым течением. Река в этом месте, подпитанная дождями, окрепла, стала сильной, мощной. И коварной — под поверхностью черной воды чувствовались скрытые вихри и потоки. Лодку сразу же развернуло боком и понесло вниз, крутя и раскачивая. — Держи! Держи! — запричитал Роман Романыч. — Не учи ученого! — бросил Родион, выворачивая борт. Быстро приспособившись, парень начал править лодкой умело, сильно от берега не отчаливая. — Я уж думал… не выберемся! — нервно хихикнул Роман Романыч. — Да я с детства с батей на рыбалку… Не переживай! Холодный ночной ветер бил в лица, продираясь под мокрую от пота и страха одежду. Луна освещала берега — мрачные, неприветливые, поросшие черными кустами. С обеих сторон нависали глиняные склоны, и беглецам казалось, что из каждой тени на них смотрят глаза. — Мы на ладке бывало с друзьями… — начал хвастливо Родион и остановился на полуслове — лодку тряхнуло, дернуло, едва не перевернув. — Ух ты ж! Коряга! |