Онлайн книга «Курс на СССР: Переписать жизнь заново!»
|
— Парни, а где мне старшего вашего найти? — поинтересовался я. Девчонки обернулись разом и заинтересованно стрельнули глазками. — Ну, я старшая, Рослая блондинка в завязанной на животе рубашке, окинула меня внимательным взглядом и представилась: — Слепикова, Светлана. Комиссар отряда «Бригантина». Ну, мы так назвались. — Ого! «Бригантина»! — улыбнулся я. — Тогда уж не комиссар, а капитан. А я вот, из газеты… Сделаю о вас репортаж. Я протянул командировочное… И, поставив баул наземь, вытащил фотоаппарат и блокнот. — Товарищ корреспондент, а вы фотографировать будете? — подошла темноволосая девчушка, комплекцией больше напоминавшая пионерку, нежели студентку. — Хотелось бы… — кивнул я. — И еще интервью. — Интервью-у-у-у! — А можно вас просить, чтобы предупреждали, когда снимаете! А то, мало ли, мы непричесанные… Верно, девчонки? — Верно, Тамара! Ага! А то потом в газету… Этакие, скажут, страхолюдины! — Хорошо, хорошо, девушки! Договорились. Ну, что с них взять? Женщины… — Пойдемте пока со мной, — вернув мне командировочное, предложила Светлана и посмотрела на часы. — Мне все равно сейчас закрывать наряды. А интервью у девчонок во время обеда возьмете. Скоро уже. Мы здесь, в поле обедаем. Тем, что от ужина осталось. Хм… От ужина. Неужели, нельзя наладить горячий обед? Но, это к руководству колхоза вопросы. — Нас тут сорок два человека, — объясняла по пути комиссар «Бригантины». — Первый курс, в основном, филологи, но есть и с истфака. Живем в старой школе. Работаем с восьми до пяти. Вечером иногда — танцы. — Мне бы и в школе у вас побывать… Вечерний автобус во сколько? — В восемь, кажется… Ой, нет! Вру. В восемь тридцать. — Ну, тогда успею! Расчехлив фотоаппарат, я сделал несколько общих планов, отдельно снял трактор, телегу, выгружавших ведра парней… довольно хлипких и больше похожих на восьмиклассников. Впрочем, первый курс… Так и я тоже только что школу окончил! Во время обеда я взял интервью у семи девчонок. В принципе, все говорили одно и то же. О том, что им здесь весело, но, по дому все-таки скучают. Работа, сказали, более-менее, не слишком тяжело. Еда невкусная. По вечерам танцы. Местные — да, приходят, но не обижают. — Так, девушки… и юноши! Теперь я вас немножечко поснимаю. — Ой, нас не надо! — резко возразил один из парней, чем-то похожий на Джона Леннона — тощий, длинноволосый, в очках. Под левым глазом его расплылся желтоватый синяк. Такой же, как и у другого на скуле… Ну да, ну да… выходит, местные-то не такие уж и пушистые! Работать закончили в полпятого. Потом собрались вместе и подвели итоги дня. Комиссар объявила победителей и тех, кто не сделал норму. Выслушали, да лениво поползли к дороге. Видно было — устали. Хотя… вот кто-то затянул песню, вернее — припев: Поверь в мечту, Поверь в мечту, Поверь в мечту скорей! Все дружно подпевали… Вскоре приехал транспорт, старый пятьдесят первый ГАЗон с будкой. — Первая группа, к отправке! — скомандовала Светлана. — Корреспондента не забудьте! А хотя, я и сама с вами… Ехали весело. Опять же — с песнями: 'Городские цветы, Городские цветы…' «Я пью до дна, за тех, кто в море…» * * * Стенгазета в школе была! Как и боевые листки, те вообще выпускались каждый день. Вот и сейчас четыре девчонки с фломастерами и карандашами уселись в бывшей учительской. Рисовали. А я — фотографировал. Снял и стенгазету, и листки, и, так сказать — самодеятельную редакцию… |