Книга Курс на СССР: В ногу с эпохой!, страница 83 – Андрей Посняков, Тим Волков

«Ага, за открыточкой пришел, — догадался я и разозлился. — Ну, я тебе сейчас устрою!»

— Вы что-то ищете? — спросил я, резко вскочив с койки. — Вы по какому поводу? На процедуры вроде рано. Да и уколов никто не назначал.

Санитар, пойманный на месте преступления, на мгновение замер, резко выпрямился и обернулся. Его лицо исказила злая гримаса, но он попытался совладать с эмоциями и пожал плечами.

— Простыни проверяю, — невнятно пробормотал он первое, что пришло ему на ум и спешно покинул палату.

Я не стал мешкать, и только странный санитар скрылся за дверью, повернулся к Ростиславу Игоревичу. Тот уже проснулся и сидел на кровати, бледный как смерть, и нервно теребя край одеяла.

— Ростислав Игоревич, одевайтесь, — сказал я тихо, но твердо. — Мы идем к главному врачу. Сейчас же.

— Но, Александр… Может, не стоит? — залепетал он, его взгляд бегал по сторонам. — Я не хочу лишнего шума… Вдруг это показалось? Вдруг, почем зря наговариваем на санитара…

— Мне ничего не показалось, — отрезал я, уже натягивая поверх пижамы свой халат. — Этот тип рылся в ваших вещах. И вы сами говорили, что вам угрожали из-за вашей коллекции. Это не случайность. Идем.

Он хотя и сомневался, но послушно поплелся за мной. Мы прошли по длинному и никого не встретили по пути. Секретаря на месте тоже не было. Я распахнул дверь без стука.

Павел Петрович Резниченко сидел за столом и что-то внимательно изучал в истории болезни.

— Воронцов? Ростислав Игоревич? — увидев нас, он очень удивился. — Что случилось? У вас вид, будто вы видели привидение.

— Хуже, Павел Петрович, — я подошел к его столу. — Только что в нашей палате произошло вопиющее безобразие.

Я коротко, без лишних эмоций, изложил суть: ночной кошмар Ростислава Игоревича о коллекции, его опасения, и то, как я только что застал санитара за попыткой завладеть его личными вещами.

— И не простыни он проверял, Павел Петрович, — закончил я, глядя профессору прямо в глаза. — А искал что-то конкретное. И, учитывая рассказ Ростислава Игоревича, мы можем предположить, что именно.

Ростислав Игоревич, всё это время молчавший, кивнул, подтверждая мои слова, его руки слегка дрожали.

Профессор Резниченко нахмурился, откинулся на спинку стула и сложил пальцы домиком.

— Санитар? Мужчина? У нас все честные, ничего дурного за ними не замечено… Опишите внешность.

— Крупный, — сразу же сказал я. — Широкий в плечах, короткая шея. Лицо грубоватое. Волосы темные, коротко стриженные. Глаза маленькие, глубоко посаженные.

Павел Петрович медленно кивнул, и в его глазах мелькнуло понимание, смешанное с досадой.

— Так… Теперь понятно. Это объясняет его странное поведение.

— Вы его знаете? — не удержался я.

— К сожалению, да, — вздохнул профессор и продолжал, тщательно подбирая слова. — Похоже, это тот самый новый санитар, которого нам прислали вчера взамен внезапно заболевшего Ивана Петровича. У него случился острый приступ радикулита. А работы невпроворот. Пришлось срочно искать замену через кадровое агентство, с которым у нас временный договор. Они прислали этого… гражданина.

— Кадровое агентство? — удивился я. — И они не проверяют своих сотрудников?

— Должны проверять, — развёл руками Резниченко. — Но, видимо, на этот раз проверка оказалась формальной. Или…