Книга Курс на СССР: В ногу с эпохой!, страница 86 – Андрей Посняков, Тим Волков

В магазинах я удачно затарился. Даже сгущенку купил и банку консервированных персиков. Думаю, мама из этого испечёт неплохой пирог. Хотя и просто так всё это вкусно.

Возле входа во двор стояла серая Волга. Я сначала не обратил внимания на неё, но водитель мигнул фарами и стало понятно, что он пытается привлечь моё внимание. Я подошел ближе и сквозь бликующее от солнца лобовое стекло заметил сидящего за рулём Сидорина. Он кивнул, приглашая сесть в машину.

— Ну, привет, болящий, — улыбнулся он, когда я с раздувшейся авоськой взгромоздился на пассажирском сидении. — Вижу, проголодался там на больничных харчах?

— Да нет, — ответил я, радуясь, что он не стал откладывать нашу встречу в долгий ящик. — Кормят хорошо. Да ещё родители притащили кучу всего. Это я так, к празднику прошелся. Пока есть возможность днём почти без очереди купить.

— «Почти без очереди»? — удивился Сидорин.

— Ну да, — ответил я. — Основной наплыв покупателей будет по окончании рабочего дня. А сейчас одни пенсионерки.

— Вполне резонно, — ответил Сидорин и замолчал, слегка постукивая пальцами по рулю.

— Но Вы же не за этим приехали, — сказал я, кивая на авоську.

— Да, — кивнул он. — Ты же понимаешь, насколько всё закрутилось.

— Конечно, — ответил я. — Я и так опасался, что может произойти что-то страшное, но… когда увидел Колю, понял, насколько всё серьёзно.

— Сейчас главное не паниковать, — глядя вперёд сказал Сидорин. — Есть вероятность, что кто-то из вышестоящих поддержит требование о немедленном испытании системы. У нас есть свой человек, который держит нас в курсе происходящего. Стало известно, что после покушения на Колю, некий чиновник активировал настойчивые требования о прекращении предоставленной отсрочки, в связи с бездействием изобретателя. Почему изобретатель прервал работу над усовершенствованием системы никто не уточнял. Просто решили, что он переоценил свои способности.

— Так получается, что этот, кто настаивает на немедленном испытании и есть сообщник диверсантов, — уточнил я.

— Я бы не спешил с выводами, — задумчиво ответил Сидорин. — Скорее всего враг действует чужими руками. Тем более, что этот самый настойчивый чиновник весьма посредственный как специалист, но очень активный карьерист. Просто решил выслужиться, получив очередную звездочку на погоны.

— Но ведь отец может продолжить работу над Колиным изобретением, — с надеждой спросил я. — Они же вместе работали…

— Да, — кивнул Сидорин. — Но лучше имя твоего отца не упоминать. Пусть он остаётся в тени.

— «Серый кардинал»? — ухмыльнулся я.

— Да, вроде того, — ответил Сидорин и я почувствовал в его голосе нотку удивления. Кстати, не удивляйся, Саша, если твои родители вдруг срочно уедут в санаторий. Далеко-далеко на Юг. По профсоюзной путевке.

— По путевке… на Юг… — я несколько опешил.

— Ну, на самом деле, не на Юг, поближе… Но, на работе будут знать, что куда-то на Юг. Скажем, в Дагомыс, в Сочи… — засмеялся Сидорин. — И ты, Александр, если вдруг кто спросит, должен говорить то же самое! Мол, предложили в профсоюзе путевку… отцу или матери, на двоих. В Сочи или в Дагомыс, ты точно не помнишь. Скажешь, еще и плечами пожми… А, главное, всех, кто интересуется, запомни.

— Понял! — я кивнул. — Андрей Олегович! А как же с Весной? С Весниным…