Книга Отряд: Разбойный приказ. Грамота самозванца. Московский упырь, страница 70 – Андрей Посняков

Тут пришел черед удивляться приказчику:

— Как так?

— А так. — Отрок улыбнулся, немножко радуясь, что озадачил своего спасителя. А не корчи из себя всезнайку, поскромней будь! — Мы-то ведь все, — пояснил, — я, сестрица моя, Прошка, как раз с московскими гостями на Шугозерье и ехали.

— Так… — задумчиво скривился Иванко. — Вот что, Дмитрий, ты мне, как на ночлег станем, все хорошенько расскажешь, лады?

— Лады, расскажу, — Митрий пожал плечами. — Не особо много там и рассказывать-то.

Когда возы подъехали к броду, уже смеркалось. Небо по-прежнему оставалось светлым, но на лесную дорогу опустилась глухая полутьма. Бледно-белый месяц зацепился рогами за вершины сосен, рядом с ним высыпали такие же белые звезды. На небольшой полянке возы составили в круг; стреножив, лошадей пустили пастись, развели костры, выставили караулы. От кого, спрашивается? Нешто нападут на такой обоз мелкие разбойничьи шайки? Самим же дороже и выйдет! Митрий вспомнил, как лихо оборонялись от татей московиты. Вот и здесь будет все точно так же, ежели вдруг нападут. Но пока, похоже, никто нападать не собирался.

Митькин рассказ о московских обозниках Иванко выслушал в мрачной задумчивости. Потом кое-что уточнил: что за товары были в возах и как выглядел купец. Про купца Митрий обсказал: толстый такой, немолодой уже, бородища лопатой и как боярин одет; а вот насчет товаров замялся — не видал он товаров, все возы рогожками затянуты и под охраной были.

— И большая охрана? — тут же переспросил приказчик.

— Большая, добрая, такая, как и здесь. Даже пищали и те были. Правда, не очень дорогие, с фитильными замками.

— А ты, я вижу, в огненном бое разбираешься?

— Не то чтобы разбираюсь, а уж это-то вижу.

— А что еще видишь? Смотрю, у тебя книжица… Разрешишь взглянуть?

Митька усмехнулся, протягивая приказчику обгорелого Рабле, коего с вечера таскал с собою, пока Прошка зашивал свой прохудившийся заплечный мешок.

Иван взял в руки книгу, пролистнул…

— Ого! — воскликнул он с нешуточным удивлением. — Латиница. Чья речь?

— Французских немцев.

— И ты… ты ее понимаешь?

Митрий скривился, словно от зубной боли:

— Не, просто так таскаю! Конечно, понимаю. Правда, не все.

— Откуда у тебя эта книга?

— Так… Купец один подарил.

Отрок не стал вдаваться в подробности, слишком уж навязчивым показалось ему поведение приказчика, прилип, можно сказать, как репей.

— Ты волком-то не смотри, вьюнош. — Ушлый Иван сразу заметил сменившееся настроение собеседника. — Я ж не просто так спрашиваю, а для твоего же блага. На службу-то ко мне пойдешь?

Митька хмыкнул:

— А куда теперь деться?

— Верно мыслишь! — хохотнул приказчик.

— Только ты еще так и не объяснил, что делать надобно. В чем служба-то состоять будет?

— Уже состоит, Дмитрий! — Иван рассмеялся. — Вот из вопросов и ответов на них и состоит.

Отрок покачал головой:

— Чудно! Только знай: я один, без Прошки…

— Прохор, кажется, молотобоец? — быстро перебил Иванко. — По крайней мере, он именно так говорил.

— Да, молотобоец, — подтвердил Митька. — И еще — добрый кулачный боец. За Большой посад постоянно стоит, супротив наших, введенских.

— Боец, значит? — Приказчик явно обрадовался, даже потер руки. — Славно! А ну-ка, зови его сюда.

— А чего его звать? — Митрий засунул в рот два пальца и, свистнув, махнул рукой. — Эй, Прошка! Давай сюда, дело есть.