Онлайн книга «Меч времен»
|
Так Михаил никого и не тронул — ни единого ребятенка… Ну, подзатыльник, бывает, даст иногда… так, в запале… Дети не обижались. Такой вот опыт… Применить его здесь? А почему бы и нет? Поработать, так сказать, по заявленной в дипломе специальности — учитель. Тем более, бояричи-то были, по тутошним меркам, почти взрослые — еще год-два — и — по крайней мере, старший, Борис — уже воин! Они были очень похожи внешне, эти погодки — оба светловолосые, светлоглазые, только — как это ни странно — а младший, Глеб, имел характер куда как шабутней, нежели у братца. Побоевитее был, поактивней, на проказы и мелкие детские шалости куда как охоч… иное дело — Борис. Тот все в умственную сферу рвался — рассказки послушать, книжки, что у батюшки-боярина были, прочесть, написать что-то на берестяной грамоте. Мише он понравился — умный, серьезный, внимательный. И младшенький его слушался… хоть иногда и бивал. Те приемы владения мечом, что показал Михаил, братьям весьма понравились, вызвав забаву на целых полдня — все тренировались на деревянных клинках, бились, пока у младшего от усердия «меч» не сломался. Утомились все, запотели — денек-то жаркий выдался, вёдро. — Мисаиле, а давай пойдем выкупаемся! — напившись из колодца воды, заканючил младший. — Ну, давай, а? На вымол пойдем, в предмостье… — В предмостье не пойдем, — резко пресек отрока Миша. — Батюшка ваш не велел. — Так он не узнает! — Ага, не узнает… А тиун? Уж тот-то все доложит. — А батюшка сказал, чтоб ты нас не неволил! Ага, вот оно как. Не неволил! — Купаться сходим, — Михаилу и самому было жарко. — Только не на вымол… На Федоровский ручей. — У-у-у, на ручью не интересно. — В догонялки там поиграем, нырять вас поучу! — О, да мы умеем! В общем, уговаривал недолго — бояричи покривились да все ж таки согласились — не река, так хоть ручей. Обсказали тиуну, собралися, пошли. — А ну-ка, кто тут что знает? — вышагивая, не торопясь, расширял свой кругозор новоявленный «дядька». — Это вот что за церковь? — Это Павловская… два сорока лет назад выстроена. — А эта? — Эта? Святой Ирины. — А что за частокол? Чей? — Ха! Чей?! То — Никодима Мирошкинича усадьба, боярина знатного… такого, как наш батюшка! — Никодима Мирошкинича, значит? Угу… Отвечал все Борис, Глеб отмалчивался… то есть нет, не молчал, конечно, наоборот — галдел, вскрикивал, показывал пальцем: — А вона ворона, видите? На той осине! — Это не осина, братец, а липа. — Да и бог с ней, я ж не о липе — о вороне. Вот, ежели б мне стрелу с луком — я б это ворону с сорока шагов свалил. — Хвастун! — Борис улыбнулся. — Не сбил бы ни за что? — Я бы не сбил?! А вот сейчас ка-ак дам! — Цыц!!! — Михаил окинул детей строгим взглядом. — Мы купаться идем или драться? — Купаться… — Вот то-то же! На Федоровском ручье, шагах в ста от впадения его в Волхов, на песчаной излучине и остановились, близ зарослей ольхи и ивы. Михаил нагнулся, потрогал рукой воду, показалось — холодная, однако мальчишки уже поскидали одежду и с хохотом бросились в ручей наперегонки, поднимая брызги: — Ай! Уй! Славно-то как! Славно! Миша и моргнуть не успел, как был уже с головы до ног обрызган. Вот, гады! Впрочем, приятно! В знойный-то день… Разбежался, нырнул… ах! И вправду — славно. На ручье купающих хватало — в основном подростки, юноши, но были и взрослые — судя по одежке, мастеровые, купцы — точнее сказать, приказчики — или что-то в этом роде. |