Онлайн книга «Меч времен»
|
Как и все студенты-педагоги, Миша когда-то проходил практику в детском лагере и теперь вспоминал инструкцию. «Строго запрещается: нырять, брызгаться, заходить в воду без разрешения вожатого (инструктора, тренера)…» Примерно так, кажется… Водичка и вправду оказалась прохладной, и Миша выбрался, уселся на бережку обсыхать рядом с какими-то парнями. Поздоровался вежливо, те тоже отозвались — мол, и ты здрав буде. Михаил поискал глазами своих: ага, во-он они, плещутся вместе с какими-то ребятами… орут, ныряют друг за дружкой, толкаются… Как бы, не дай бог, не утопли! Не должны, тут мелко… — Отроков выкупать привел? — поинтересовался сидевший рядом молодой человек — худой, но жилистый, с узкими смуглым лицом и открытым взглядом. — Не бойся, друже, не утопнут — не Волхов. Сюда мнози приводят. — Не утопнут, оно так, — Миша улыбнулся в ответ. — А вот как бы не замерзли. Закашляют, зачихают… Не знаю даже, как теперь их из воды выманить? И правда — не знал. Не крикнешь же, как в лагере: — Кто последний, тот без компота! Этих оставишь без компота, как же… — А чего их выманивать? Пущай себе плещутся, жара ведь, — молодой человек подмигнул и представился. — Меня Онисимом кличут. Онисим Ворон, смугл потому что. — Михаил, — Миша протянул руку и улыбнулся, увидев, как бояричи, выбравшись наконец из воды, принялись бегать по песку взапуски. Ну, теперь-то уж не замерзнут, согреются, солнце-то — эвон, палит! Ноги бы только не раскровянили… Ха! Уж битых стекол тут точно нет, как нет и бутылок… бутылок… стекол… — Слышь, Онисим, я деве одной знакомой хочу в подарок браслетик стеклянный прикупить. Подскажи, у какого мастера лучше? — Смотря какие, «новгородки» или «киевки»? — А чем отличаются? — Михаил удивленно моргнул. — Ну ты, брат, видать, издалеце! — С Заволочья. — А, ну тогда ясно, — Онисим пригладил волосы, охотно разъяснив, что «новгородки», стеклянные браслеты из местного сырья, обычно коричневые, желтые, зеленоватые, а вот «киевки» — синие, голубые, сиреневые… — О, мне бы, пожалуй, «новгородки» бы подошли! — Михаил и не старался скрыть радость — ну, хоть что-то узнал. — У кого покрасивше? — Много мастеров есть, — новый знакомец степенно почесал затылок. — Ты вот что, у самих стеклодувов и погляди… Да по торжищу походи, погляди, может, что зазнобушке своей и высмотришь. Кваску хошь? — Да я бы с удовольствием. Онисим вытащил из кустов плетеную флягу, протянул: — Пей. Поглядывая на играющих ребят, Миша с удовольствием сделал пару глотков, поблагодарил: — Вкусный! — Еще б не вкусный, бабка делала! — улыбнулся Онисим. Потом почесал затылок, подумал немного, добавил: — А браслеты красивые у Симеона-мастера, что на Лубянице живет… Да, на Лубянице, тамо… Так-так… на Лубянице, значит. Где та корчма… А весело там дрались, ничего не скажешь — жаль, мало. И знакомец там появился — Онуфрий Весло, лодочник… с Федоровской пристани, кстати — совсем рядом. Сходить, что ли? Нет, за мальцами приглядывать надобно. Ишь, разбегались… не пора ли домой, на усадьбу? — Не, не пора, не пора! — закричали хором. — Ну еще немножечко! Убежали, в воду — хлобысь! Только по сторонам брызги. Михаил тоже окунулся еще разок, выбрался на берег, за ним — и мальчишки, постояли немножко на ветерке, пообсохли. Онисима уже на прежнем месте не видно было — ушел. |