Книга Кольцо зла, страница 110 – Андрей Посняков

Прямо перед собственным носом Иван с ужасом увидел гранату с выдернутою чекой!

— Ва мелиск ха ти джихари…

Раздался оглушительный взрыв, и ярко-оранжевой пламя вырвалось из…

…узких дверей амбара.

Иван пришел в себя минут через десять, а может, и поболе того, и первым делом внимательно осмотрелся. Он лежал на холодной, усыпанной хвоей, земле, посреди небольшого ельника, кругом было как-то мокро, склизко, противно, хотя ни дождя, ни снега не наблюдалось – небо над зелеными кронами елей было голубым, высоким и чистым. Совсем рядом, у большой коричневой лужи, радуясь осеннему солнышку, чирикали воробьи.

Раничев поднялся на ноги – местность явно не походила на амбар, да и церкви поблизости не было… А ведь, похоже, получилось! И вдруг сразу пронзила мысль – Васька! Он-то что, выходит, взорвался? Или тоже где-нибудь здесь, в ельнике? Лежит, бедняга, истекая кровью.

Иван тихо позвал:

— Васька! Эй, Васька, ты здесь?

Ответа не было, у лужи все так же чирикали воробьи, а откуда-то справа послышался шум мотора. Ну точно, получилось!

Раничев обшарил весь ельник и, не обнаружив мальчишку, вышел на лесную дорогу. По узкой глинистой колее, натужно рыча двигателем, медленно пробирался грузовик – «ЗИЛ» или, вернее – «ЗИС», с мордой, как и у поставляемого во время войны по ленд-лизу «Форда». А может, это и был «Форд», не суть – в кабине сидели двое, но кузов был пуст, и Иван, не подумав, вышел из-за деревьев и взмахнул рукой. Оба – водитель и сидящий рядом с ним узколицый мужичок в кепке – разом посмотрели на Раничева и как-то испуганно переглянулись. Двигатель заурчал еще громче, и грузовик, завывая, словно немецкий пикировщик, выбрался из лужи на бугор и, резко прибавив ходу, исчез за ельником, на прощание обдав Раничева угарным бензиновым чадом.

— Вот козлы! – сплюнул Иван и тут же подумал, что и сам на месте водителя вряд ли бы подобрал по пути подозрительного бродягу. Да-да, бродягу – именно так и выглядел Раничев: длинные нечесаные волосы с застрявшими в них еловыми иголками, растрепанная борода, подпоясанный веревкой зипун из рваной сермяги, на ногах – лапти. Да-а… артист погорелого театра. Ничего не скажешь, хорош бы он был, объявившись в таком виде в людных местах. Да еще и без документов – загребли бы сразу. Одно успокаивало – грузовик-то был явно из послевоенного времени, что, впрочем, можно было бы очень даже просто узнать и поточнее – купив в городском киоске любую газету. Купив… Попробуй-ка, попади теперь в город, вернее – попробуй не попадись! Раничев вовсе не планировал столь поспешно выпасть из начала пятнадцатого века, а потому с собою ничего не прихватил – даже денег, найденных в карманах убитого Викентия. Да, именно так его завали. Кроме денег, там еще была серебряная печатка грубой работы и фотография какой-то молодой женщины с надписью – «Другу Викентию от Нади» и датой – 15.05.49. Значит, пятнадцатого мая… А сейчас, должно быть, середина октября. Викентий был убит летом, значит, с тех пор о нем ни слуху, ни духу. Так-так… А что если… Нет, вряд ли получится – где ее найдешь, эту Надю? Она вполне может оказаться приезжей. И все же… И все же стоит попробовать – пожалуй, это пока единственная возможность. Хотя, конечно, в крайнем случае можно отыскать прежних знакомых, знакомых, так сказать, по прошлому появлению – Тихона Иваныча, председателя колхоза имени четырнадцатого партсъезда, товарища Артемьева – начальника пионерского лагеря и профсоюзного лидера лесохимического завода, да мало ли… Но это, конечно, в самом крайнем случае. И вообще следовало быть предельно осторожным, не нарваться бы на следователя или милицию – ведь те на полном серьезе считали Раничева причастным к ограблению исторического музея! Как давно это было… Иван усмехнулся – ну да, давно, как же! Это для него три года прошло, а здесь – всего-то месяца три. Да, надо осторожничать – но и в лесу сидеть нечего, нужно выходить на бандитов. Вот и попробовать через эту Надю, Бог даст – повезет. Где же располагалось фотоателье? Где-то на Курдюмова – впрочем, отыскать не проблема, не так уж и велик город. Главное – раздобыть одежду, деньги, пристанище на первое время. А где это все раздобудешь-то? Не кистенем же махать в конце-то концов? Да и нет его, кистеня, один нож только.