Книга Цвет из иных времен, страница 122 – Майкл Ши

У дома не было никаких соседей на полквартала вокруг. Гравийная подъездная дорожка, почти утонувшая в сорняках, шла мимо боковой стены к остову гаража, кипарисы в живой изгороди буйно разрослись, утрачивая подстриженное единообразие, меняя форму, точно медленные зеленые облака…

Причиной его беспокойства была дорожка. Вот. Параллельные следы двух узких колес наискось пересекали гравий. И направлялись они, вне всяких сомнений, к наклонному входу в подвал, примыкавшему к боковой стене дома.

Брэд огляделся. Дом, который они осматривали вчера, стоял далеко отсюда. Он осознал, что его тело пришло в движение, опережая мысли; чувство открытия породило в нем ощущение невесомости.

Он подошел к двери подвала, наклонился и ухватился за ручку. Дверь распахнулась легко. На ступеньках, начинавшихся у его ног, лежал лист фанеры.

Вот теперь Брэд снял рюкзак. Достал из него пистолет, снова надел и начал спускаться по пандусу.

Этот подвал забетонирован не был, но его точно так же расширили, и неровность изначальных земляных стен сменялась той же пугающей гладкостью, которая была знакома Брэду со вчерашнего вечера. Но здесь виднелись две особенности, заставшие его врасплох: по одной из стен шли четыре ряда глиняных ячеек, похожих на гнезда гигантских пилюльных ос, только эти ячейки оказались шестиугольными, аккуратно прилегающими друг к другу, и их входы были запечатаны гладкими керамическими плевами. А в стене напротив зиял большой тоннель, футов пяти в диаметре. Брэд приблизился к нему.

Тоннель представлял собой идеально ровный цилиндр с гладкими стенами. Солнечных лучей, стекавших по пандусу за спиной Брэда, хватало, чтобы осветить первые несколько ярдов, и он не разглядел ничего, кроме голой земли. Но его лицо едва заметно обдувал непрерывный поток прохлады, намекая, что в глубине скрыты влажные и доступные воздуху пространства. Быть может, подвал соединялся с ливневкой? Не так ли пробрался туда тот мальчишка? Не имея определенного плана действий, Брэд снова огляделся, припомнив, что зацепился взглядом за какую-то аномалию в оставшихся позади рядах глиняных ячеек.

Точно. Одна из ячеек, в нижнем правом углу, была взломана, распахнула маленькую темную угловатую пасть. Брэд направился к ней, заметив на полу осколки глиняной мембраны. Он шагал со странной легкостью, охваченный замешательством, настолько полным, что оно, казалось, даровало ему абсолютную свободу движения, как во сне. До ноздрей Брэда долетел кисловатый запах – такой чувствуешь, перевернув в лесу гниющее бревно. Внутри ячейки что-то было – что-то некрупное. Это что-то… тянулось из глубины к краю своего саркофага, но – да, точно – чуть-чуть до него не доставало. Оно не двигалось. Оно не двигалось уже… сколько? Это была черная, сморщенная рука. Кожа на ней была сухой, как пергамент, однако ногти покрывал свежий с виду слой перламутрового лака. Брэд присел – его ноги были словно лишенные нервов гидравлические подъемники – и заглянул внутрь.

За похожей на мертвую ветку рукой он увидел оскаленные зубы и пустые глазницы чудовищно иссохшего лица, на котором навсегда запечатлелась карикатура на последнюю отчаянную попытку обрести свободу. Эту угольно-черную окаменелость охватывало светлое пламя уложенных в модную прическу волос. Брэд почувствовал, как его собственные волосы встают дыбом на затылке. Такое пышное оперение на таком крошечном трупе! Женщина лежала, прижимаясь к стене своего гроба, как будто пыталась освободить как можно больше места для… чего-то еще. Да. Разве не очевидно, что запечатывавшая ячейку мембрана была разбита изнутри? Откуда-то сзади до Брэда донесся слабый скрежет, как будто что-то твердое терлось о бетон.