Книга Воды возле Африки, страница 142 – Влада Ольховская

Сначала Пётр решил, что наемник все-таки добрался до них — это стало бы самым предсказуемым вариантом! Однако наемника здесь как раз не было, как не было и Кати. По площадке метался один лишь Каахин, загружавший ящики в лодки. Понять, что произошло, оказалось несложно.

Пираты сопровождали своего лидера на корабле, совсем как привыкли. Он же оставлял их при себе на случай, если вляпается в очередную ловушку. Когда они добрались до лодок, Каахин убил своих спутников. Сделать это было не так сложно, они не ожидали ничего подобного. Возможно, он не хотел делиться с ними — а может, уже никому не доверял, наемники разыграли карту паранойи идеально. В любом случае, теперь ему приходилось заканчивать погрузку одному, но вряд ли это стало проблемой: за минувшие дни самое ценное успели переместить на лодки, Каахин просто переносил к себе то, что было на других судах, он-то мог взять только один!

Связываться с ним Пётр не собирался. Он был не из тех, кто рискует собственной жизнью за чужие деньги, он понимал, что живой врач на корабле намного нужнее. Он не уходил лишь потому, что высматривал: нет ли поблизости связанных пленников, не нужна ли кому-то помощь? После этого он планировал отступить, не пересекаться с этим типом… да не получилось.

Каахин заметил его сам. Как — Пётр так и не разобрался, но подозревал, что его то ли блеск солнца на оружии выдал, то ли он попался в отражение… Это не имело значения, куда важнее было, что Каахин и мысли не допускал о том, что они могут разойтись мирно, он напал первым.

Стрелял он наверняка лучше, и Петра спасло то, что у пирата изначально были заняты руки. Да, ящик Каахин отбросил быстро, тут же выхватил пистолет, выстрелил. Но даже «быстро» отняло не меньше двух секунд, за это время Пётр успел наклониться, а потом выстрелить в ответ.

Теперь уже мирно не кончится, предлагать такое бесполезно… Они не верят друг другу, Каахин убил своих, тех, кто ему подчинялся — кто доверял ему! Разве после такого он сможет договориться с чужаком? Поэтому Пётр не тратил время и силы на слова, он сосредоточился на действии.

Он не думал о том, что стреляет в живого человека, вообще не озадачивался философскими вопросами. Для такого есть время, когда ты скучаешь в безопасности своего дома! На поле боя все иначе… Ты его или он тебя. Очень простой расклад. И обе стороны понимают, что ради спасения придется постараться, обе рискуют и принимают быстрые решения. Какие уж тут размышления о том, что каждая жизнь по-своему ценна?

Но именно такая скорость спасала Петра, позволяла вложить в это все силы. Просто отстраниться от того, что говорит разум, и полностью передать контроль над телом подсознанию. А подсознание очень хотело жить — и вернуть Катю. Все остальное не имело значения.

Выстрелы теперь не гремели отдельными раскатами грома, они слились в единый незатихающий рев. В воздух поднялась пыль, щепки от пробитых ящиков летели во все стороны, солнце палило нещадно, зло, будто надеялось наказать их обоих. Они словно попали внутрь песчаной бури, и она вроде как должна была сыграть на стороне пирата, который к такому привык…

Но нет, удачнее использовал окружение Пётр. Может, потому, что его цели имели большее значение, избавляли его от страха? Он рванулся прямо в пыльную завесу, не жалея ни глаза, ни легкие. Рывком добрался до Каахина, знал, что не выстрелит — потому что не успеет навести оружие, неудобно, пират внезапно оказался слишком близко. А ударить успеет, и этого будет достаточно. Пётр даже не делал поправку на то, что противник заметно выше и явно намного сильнее. Он пришел сюда побеждать, а не силами меряться!