Книга Призрак Тилацина, страница 111 – Влада Ольховская

В телефонном разговоре Ян казался уверенным, но уверенность эта долго не продержалась. Когда дошло до дела, оказалось, что уйти из полиции с таким позором — сомнительная радость, особенно если ты из семьи, которую справедливо было бы назвать профессиональной династией. Чтобы избежать такой участи, Яну нужно было, чтобы в квартирах нашли хоть что-то, хоть одну улику, связывающую Дениса с убийством…

Ему повезло больше, чем он ожидал: в квартирах обнаружили все сразу.

Во-первых, на месте преступления мистическим образом появился пистолет, который якобы просмотрели при прошлом обыске. Да, в тайнике, но таком примитивном, что его и дошкольник бы обнаружил. С пистолета предусмотрительно стерли все отпечатки пальцев, и сложно было поверить, что на такое способен был Максим — уже слабо соображавший, кто он и что происходит.

Во-вторых, Денис все же не сумел остаться аккуратным до конца. О пистолете он позаботился, а потом слишком рано снял перчатки, и его отпечатки остались на внутренней ручке входной двери.

В-третьих, необычным оказался сам пистолет: боевой, переделанный из травматического. Такой можно было купить… или получить у родного отца, который за подобную склонность к модернизации уже отсидел срок. То, что отец, погостив у сына, не вернулся домой, а подался в бега, лишь усугубляло ситуацию.

Ну и наконец, в квартире Дениса нашли не какую-то милую безделушку, напоминавшую об Элле. Он натаскал немало ее вещей: белье, украшения, чашку, на которой сохранился отпечаток губной помады. В компьютере обнаружили целую коллекцию фотографий Эллы, сделанных явно без ее ведома. Денис сообразил, что отпираться нет смысла.

— Посыпался он знатно, — рассказывал потом Ян единственному человеку, с которым он мог поделиться таким — Еве. Хотелось рассказать и Александре, но, пока она слонялась по австралийским пустошам, связь оставалась редкой и плохой. — Не просто говорил — рыдал! Он и правда запал на эту Эллу. Получил отказ, но был недостаточно адекватен, чтобы воспринять всерьез. Он продолжал ее доставать, это бесило Максима — а их знакомые ошибочно решили, что Элла с кем-то флиртует и он ревнует.

— Как дошло до убийства? — спросила Ева. Она привычно устроилась на подоконнике и наблюдала за ночным городом.

— Спонтанно… У него родился гениальный план: инсценировать ограбление с помощью отца, а потом спасти Эллу под собственным ликом. По крайней мере, сейчас он клянется, что все было именно так и он не хотел никого убивать.

— Но убил.

— Потому что он рассчитывал увидеть одну Эллу, а дверь ему открыл Максим, — пояснил Ян. — Это так разозлило его, что он сначала выстрелил, потом начал думать. Его версия, не моя. Теперь он может нести что угодно, это уже не так важно. Он виновен, а за его срок адвокат с прокурором пускай спорят. Он не моя проблема.

— Он — нет. Малолетка — да.

Ян лишь невесело усмехнулся. Костюченко и правда остался проблемой… стал даже большей. Теперь повсюду писали, что он не просто покалечил жертву, он чуть не упустил преступника. Это вредило его карьере, а главное, доводило его до истерики, которой Ян от него не ожидал. Родня, конечно, попытается его отмазать — мол, молодой, неопытный еще, понять и простить… Но оставался шанс, что он сам слетит с катушек настолько, что станет попросту негоден к службе в полиции.