Книга Минская мистика, страница 103 – Влада Ольховская

По закону жанра все не должно было так закончиться, ну вот никак. Однако оказалось, что у жизни нет закона жанра. Им с Пилигримом и так везло слишком долго, рано или поздно они должны были оступиться. Но от того, что их подставил какой-то там официант непонятного вида, было вдвойне обидно.

С тех пор Рада находилась под домашним арестом. Она попробовала возмутиться и заявить, что она уже слишком взрослая для домашнего ареста. Мать на это вполне справедливо заметила, что, если кто-то слишком взрослый, кто-то может посидеть и в камере. Тогда Рада решила, что домашнее заключение – не такой уж плохой вариант.

Чуть позже ей удалось связаться с Пилигримом, и это стало настоящим облегчением. Говорили они совсем недолго, однако для Рады и это было важно. Он жив, его не отправили в какую-нибудь дальнюю тюрьму, его даже выпустили из клетки… значит, есть еще надежда! Ну а после того, как он занялся делом, ей только и оставалось, что работать с теми скудными данными, которые он успел ей передать. Пилигрим ни о чем подобном не просил, однако она при всем желании сейчас не смогла бы отвлечься от расследования.

Значит, в это дело умудрились влезть злыдни… Не так уж удивительно: они честными путями деньги отродясь не зарабатывали. Раньше они вообще о деньгах не думали. Когда мир был старым, злыдни жили по одному в лесах и лугах – мелкие страшненькие создания. Выживали они за счет того, что однажды цеплялись к случайно выбранному человеку и наполняли его дни хаосом. Этим они чем-то напоминали хихитунов, но если хихитун атаковал разных людей вокруг выбранной жертвы, то у злыдня источник энергии был всего один.

Для человека это ничем хорошим не заканчивалось. Злыдень покидал его добровольно, только если энергии оставалось совсем мало – или не оставалось вообще. Существо, склонное к милосердию, злыднем не назовут.

Но, к счастью для людей и к несчастью для злыдней, времена изменились. В крупных городах была сформирована градстража, не дававшая им покоя, а в маленькие деревни все чаще заглядывали охотники за нечистью, способные опознать угрозу. Да и деревенские священники научились изгонять злыдней, пусть и по-своему.

Злыдням пришлось приспосабливаться. Они начали сбиваться в небольшие стаи – почему-то всегда по двенадцать голов, и объяснить эту цифру не могли даже они сами. Они быстро смекнули, что в городах люди сделались нервными, а в интернете – вдвойне. Так что злыдни, научившиеся принимать человеческий облик, стали агрессивными хамами в толпе, полуадекватными водителями, провоцирующими аварии, и, конечно же, интернет-троллями. Такое градстража тоже не поощряла, но наказать могла не всегда – формально злыдни не нарушали никаких законов.

Злыдни не стали редким видом, они водились во всех крупных городах, а уж в Минске их тем более хватало. Если бы речь шла просто об этом виде, Рада ни за что не догадалась бы, где искать. Однако Пилигрим подкинул ей ник того, кто общался с моноподом, и это многое меняло.

Для градстражи загадочный «ПП» оставался никем, просто буквами на экране. Рада же, впервые увидев сообщение, сразу поняла, что отличиться успел Павел Полищук. Он слишком себя ценил, чтобы отказаться от своих драгоценных инициалов.